Это же самое делал и я своими книгами, насаждая сады.. Как я их делал - это мое дело и никому не интересно, если вопрос приходит к тому, что я делал, а не как делал.
Во все времена мы это «что» и понимали как Бога и этим «что» убеждали других.
Огнев Сергей Иванович - мышиный король.
Вопрос о служении... Церковь после царя стала молиться за того, кто царя убил. И не слыхать что-то, как это объясняется.
Выходит так, что приходит только Надо со стороны, было бы одно только Надо, только безусловная сила принуждения, диктатуры, и ты, раб ее, имеешь перед собою путь свободы через сознание необходимости. Выходит, все равно, пленили тебя коммунисты или фашисты. (Вспомнился рассказ Валентина о том, как воспитывали фашисты, и потом вышел ему случай освободиться.) Так можно дойти до того, что подчиняясь «врагам», будешь стрелять
379
в «друзей». Когда немец дал ему в морду - он почувствовал себя русским и бежал. Так что это внешнее Надо, фашисты или большевики захватят, или вода, или лава вулкана - все равно! Это катастрофа, и в ней каждый должен найти свой личное Надо, свое sollen*. Война - катастрофа, революция - катастрофа, и в ней для каждого является Muss (мышь должна бежать из норы) и в то же время каждый из этого Muss должен сделать ich soil. Возможно, что таким образом совершилось и «происхождение видов».
Иметь в виду осторожность в обращении с аналогией затопления с революцией.
Но... Зуек находит себя в катастрофе водного затопления наравне с водяной крысой - это связь человека с природой. А на канале «хочется» рождается так же, как в школе... Канал - это школа труда, в котором каждый находит свои способности, и это нахождение и есть переход от mussen к sollen.
9 Декабря. Небольшой мороз и умеренный ветер. Вторая вязка Норки и возвращение ее домой от Турова. Передал Еремину (литературная редакция кино) «Кладовую». Ляля ездила в Госиздат на согласие засчитать с 3 издания «Избранного» договор (остаток в пользу нас около 30 тыс.). Написал поздравление в журн. «Дружные ребята» - «Наше счастье».
Вечером была Клавдия Максимовна с мужем. Страшный разговор о лагерной жизни.
Узнал, что Петр ехал по «осударевой дороге» и за ним везли виселицу (а Пушкин: «Да умирится же с тобой» и «Красуйся, град Петров»).
Урок: фокус вещи, или главный план - чистота души Зуйка, как вообще смысл таких катастроф есть рождение новых личностей, сосредотачивающих в себе смысл события. На Пушкина надо смотреть.
* Muss (нем) - долг, ich soil (нем) - я должен; от mussen к sollen (нем) - от «должен», потому что понимаю, что должен, к «должен», потому что обстоятельства принуждают.
380
10 Декабря. Ясное утро. И весь день как стекло, а ночью луна.
Были сестры Олега Светлана и Тамара. Похожа эта Тамара,
старшая сестра, на леди Макбет, сама длинная, лицо худое, губы тонкие, глаза же черные, маленькие, как муравьиные.
Еще был секретарь начальника охоты Кузнецова Холостов.
Вечером приходила Галина сказать, что Лева грозится покончить с собой. Постараюсь помочь. Как бы там ни было, но Леву после Ляли я люблю больше всех. Возможно, что если все с себя счистить, то и Ефросинию Павловну я тоже люблю, но это не то, что Леву: я Левой болею, как мать, и тут даже эгоизм отчасти: душа Левы в своей основе точно такая же, как моя, только без таланта и образующего талант поведения.
Завтра пойду в «Сов. писатель» и после 6 веч. зайду к Леве. Попросил Махова завтра прислать к нему психиатра.
Тружусь выписать место, соединяющее вступительную часть книги (V3) с основной (2/3), в которой кульминационным пунктом, мне думается, будет Водяная крыса (солнце в глазу).
11 Декабря. Лунная ночь перешла в солнечное утро: сквозь морозную дымку пробились солнечные лучи, а луна осталась. Не хватает снегу.
Дым из городских труб распределяет красоту в городе (ночью дыма не видно, а разноцветные лампочки в большом доме то покажутся, то спрячутся - это дым, или на вечерней заре огни горят и померкнут - это дым, и т. д.).
Кому легче жить: коту или кошке. Каждый скажет - коту. А поглядишь весной на кота, какой он приходит изодранный, с рваными ушами. Сколько раз тоже приходилось видеть, как где-нибудь на пятом этаже на крыше свернутся коты клубком и валятся вниз на камни. Какой
381
тут - легче! Нет, конечно, труднее, опасней, но когда мы говорим «легче!», мы думаем о том, что коту даже и драка, даже и опасность в охоту, а кошке даже любовь в неволю: посмотреть только, послушать, как она орет, как стонет и жалуется, когда, выгнув спину, стоит под котом.