Итак, если раздумать хорошенько, то у нас все обстоит хорошо. Но почему же никак не поднимается навстречу этому хорошему изнутри себя самого «осанна»?
Во-первых, конечно, самое простое – это что, может быть, в основе профессии писателя и природы поэта лежит чувство свободы, и встреча этого личного Хочется с государственным Надо, какого бы ни было оно происхождения, монархического или социалистического, все равно есть борьба (как борьба воды с берегами).
С детства народниками мы были воспитаны для такой борьбы, и в процессе жизни присоединили к этому поэтический талант, ныне привлекаемый для целей пропаганды. Вероятно, в этой встрече поток личного сознания (живой воды) с внутренней необходимостью размывать камни <зачеркнуто: госуд. необходимостью>... противопоставление личному потоку берега общественности и порождает чувство неприязни ... к чему? и не скажешь.
403
Катушка Фауста. Итак, мой Фауст получает в наше время «катушку» (десять лет). Положительный смысл этого в том, что Мефистофель со своими причудами нравственными и философскими, составляющими понятие свободы, исчезает. Фауст, как и всякий зверь, попадает в систему необходимости борьбы за существование. (Помимо того, что должно поэтически само собой «выйти», надо иметь в виду педагогический план повести.)
План:
1) Катушка для Фауста есть природо-общественный корректив, изгоняющий из личности действие Мефистофеля и реализующий ее в правде.
2) Борьба за существование в природе есть борьба за первенство каждого как высшего представителя своего рода: это есть правда природы. Фауст сдает экзамен на первенство человека в борьбе за существование: он царь природы.
3) Но Фауст, проходя школу природы, вышел победителем только потому, что он содержал в себе навыки борьбы за первенство всего человека.
4) И его опыт этот раскрыть в опыте каналоармейцев.
Возражения к нравственной системе: «Катушка Фауста».
Если «Катушка» есть нравственная система, выгоняющая из человека беса своеволия и возвращающая его на путь человеческой правды, то почему же плеть рабовладельца или оглобля свекра в родовой семье не могут [быть] даны тоже как нравственная система?
Потому что и плети и оглобли время прошло. Возражения против такой системы воспитания явились, когда система эта отжила.
Фауст не боится ни кнута, ни оглобли, его Мефистофель боится лишь правды. Так что всякой свободе соответствует своя форма принуждения, отживает не самое принуждение, но лишь форма его, которая в свою очередь определяет новую форму свободы.
404
13 Января. Вчера был с Лялей на «Адмирале Нахимове», патриотический фильм без глубокого фокуса, направленный против англичан.
– Знаешь, Ляля, – сказал я, – часто ли тебе приходит в голову, что мы пленники своего времени и склонны судить новое время по себе? Я принимаю новую действительность только с этой поправкой.
И еще «знаешь, Ляля?» в обратном направлении. Это когда на твое пережитое ложится вызов тех благополучных в гордости и высокомерии. Тогда ты опять судишь о них с пристрастием, значит, для суда над ними тебе тоже надо иметь свой коэффициент для поправки.
<Приписка: Пелевин Владимир Иванович> педагог, профессор химии, редактор детской энциклопедии, придет в конце февраля с проектом 2-го тома энциклопедии «Природа». Предлагает мне написать руководящую статью.
Пелевин сказал: – Есть радость познания, а еще есть радость незнания. Вот у вас – вся радость показана: и от знания, и от незнания.
Ему не очень понравилась «Кладовая солнца», а больше всего «Лесная капель».
Когда Ляля стала ему раскрывать аскетизм в моих терминах «хочется – надо», он выставил разрушение как фактор творчества. – А если разрушать, то и это ведь тоже бывает «надо»? – Разговор ушел от нашей темы и расплылся.
Но такое умонастроение следует (полезно) иметь как корректив моему скольжению в область послушания, которое принимается мною лишь как путь от необходимости к личной свободе, от mussen к sollen.
14 Января. (Старый Новый год. Рождение тещи.) В 12 дня просмотр мультипликации.
Просматривали мультипликацию (был и Маршак). Мультипликация наша – это испорченный Дисней: все наспех, все кое-как, все не до конца, и по всему еще утюгом прошлась чья-то рука.
405
<3ачеркнуто: Надо понять необходимость силы разрушения, чтобы понять заповедь «люби врагов своих»: полюби разрушать.>
Вечером гости были: все Удинцевы, Родионов и Елена Константиновна неизменная.