Почему-то слава пуста, почему? (Шаляпин.) Но если бы Шаляпин полюбил Лялю, жизнь его не была бы пуста. (Ектенья!)
Я мало сознаю, что не талант решил мою жизнь в пользу меня, а любовь моя к Ляле (раскрыть).
20 Февраля. Еще солнечный день, весна света пришла вместе с Масленицей (а блинов не будет!).
Охрана природы. Человек когда-то не в шутку боролся с медведями и крокодилами, теперь пришло время это охранять. Но медведи и крокодилы, лютые, страшные, перешли в душу человека и беспокоят нас ракетными снарядами, атомными бомбами.
21 Февраля. По Сеньке шапка – это значит: всякий народ достоин своего правительства.
Есть у человека основное устремление – это выйти за пределы естественного ограничения своей жизни. И есть два пути для удовлетворения этой цели: первый путь – это размножение, второй путь (придумать слово, выражающее обратное размножению, напр., уединение) – уединение, или формирование личности и творчество. Начало устремления (того и другого) каждый из нас переживает у себя в постели, и все венчается Ветхим и Новым
430
Заветом, соединенным под одним крестом (то же, если сказать: Правда и Творчество).
На примере Мантейфеля можно видеть гибельную встречу правды и творчества (как двух автомобилей на площади). Правда и творчество – это два пути разных у человека, а ложь – это подмена одного другим.
22 Февраля. Блины у Реформатских. Разговор о «Мирской чаше»*. В ответ на гоголевское ощущение мира через «Страшную месть» некий голос: – А я вам скажу нечто вам новое: та война – да, а эта война есть пошлость, и чтобы это понять, достаточно взять в руки газету с информацией об устремленности европейских стран в колонии. – А страдания человека, куда же вы деваете страдания, на которые отзывается «Мирская чаша»? Ответа не было, как не было ответа и на «Мирскую чашу»: глас вопиющего в пустыне («пустыня» в смысле пустоты).
Узнал, что во время РАППа Фадеев, Авербах, Ерми-лов и другие рапповцы отказали Маяковскому в приеме в РАПП.
Линия от Фадеева вверх до Жданова есть линия кнутовища, а все эти Субботские, Ермиловы, Кирпотины – охвостья. Вот и хочется, как хочется признать русскому человеку свою государственную власть, но трудно, невозможно высказать это, упираясь глазами в охвостья.
Остается помнить предостережение Чехова об осторожном обращении писателя к городовому.
И все это «фу-ты! фу-ты!», отзывающееся из себя на фырканье свободолюбцев, тоже почему-то противно.
Единственный выход – признание необходимости факта «рабства» и вытекающего отсюда крика: – Спасайся, кто может! – Это тем, кто может спасаться, а что вы
* Имеется в виду «Повесть нашего времени» (1945), которую так и не удалось опубликовать.
431
скажете нам, средним людям? – Я скажу, что нет средних людей.
23 Февраля. Воскресенье. Прощеный день*. Оттепель.
Были Магницкие, и с Андреем Николаевичем был разговор о «борьбе за первенство» у человека против борьбы за существование (моя мысль).
После того он указал на разное положение творца в науке и в искусстве.
Художник чем глубже уходит в свое дело, чем совершеннее его произведение, тем ближе он к людям, тем больше он «не один». Ученый, напротив, чем глубже, тем меньше его понимают, тем больше он один.
Коллективизация в науке и направлена против этого факта, но получается от этого уничтожение священной борьбы за первенство (из-под рук ученого наглец от коллектива вырывает работу и присваивает ее себе).
24 Февраля. Мороз, торжествующее солнце, блеск капельной воды на стенах.
Вчера Магницкий, слушая рассуждения женщин о том, что хозяйка не должна делать сама, развил эту мысль до того, что вообще администратор не работает, и, заострив эту стрелу, пустил ее против демократии.
Мое возражение: почему же быть администратором не может быть свойственно демократии?
Но несомненно, что администрирование есть одно из средств осуществления мысли и в то же время есть один из главных источников зла. («Натуральное хозяйство и кустарничество» Бострема.) И почему у нас администраторы «летят»?
Начался пост. Мы были на «Мефимонах»** (канон Андрея Критского).
* Последнее воскресенье перед Великим постом.
** Мефимон, ефимон, нефимон (греч. – с нами Бог) – в русском церковном обиходе название повечерия, включающего Великий покаянный канон Андрея Критского.
432
Бросил курить.
Держать все эти семь недель память о «празднословии» и спокойствии (художественная болтовня в обществе и раздражение – долой!). Если я мог остановить себя в курении, то почему же не могу это остановить.