Задача та же самая, что богатому (верблюду) пролезть через игольное ушко.
29 Октября. Вчера после обеда стало теплеть, и за ночь, к утру, белые крыши стали черными. Зазимок кончился.
«Большая звезда» пришлась по вкусу «Огоньку», и, кажется, очень.
Сегодня: 1) Позвонить Кочеткову. 2) Ждем звонка Михайлова. 3) Надергать для Зоопарка зверей. 4) Книжку для «Огонька». 5) Прочитать рассказ о вечном рубле. (Вот хорошо: «рассказ о вечном рубле».)
30 Октября. Ночью подморозило немного, морозик поддержал, и теперь крыши беленькие.
Вчера пришла весть, что умерла в Москве Домаша и так освободила мою избушку в Дунине. Все подумывал, кто раньше рухнет, старуха или изба. И вот все, умерла,
696
Царствие ей Небесное, хорошо, что не обижал ее, да и она держала себя молодцом.
Читаю и слушаю политику. Пусть у нас все ведется грубо, нелепо и, вероятно, часто и неграмотно политически, но «цивилизация» вся как взбаламученное море... Хорошо!
Вчера отправил в «Огонек» «Звезду». Вероятно, сегодня кончается моя запойная полоса и я кончаю курить.
Вчера был учитель-писатель-охотник с Урала, сосед Бажова. Рассказывал, как ловят у них язей на пареную пшеницу.
Читаю Шахова «По оленьим тропам». Это подражанье «Колобку», взято худшее – «литературность» – и нет лучшего моего: это опасение самолюбования и через это выход из себя и самоутверждение в другом чем-то (напр., в «Колобке» «юровщик», «Соловки», т. е. самореализация или выход из себя). Писатель, не обладающий этой возможностью «выхода из себя», обречен на самолюбование, потому что всякая радость от природы, направляемая в себя, приводит к самолюбованию в зеркале природы. Должно произойти то «перевоплощение», о котором спрашивал меня Блок.
Когда читаешь речи англичан, то речь Вышинского кажется лишенной всякой красоты, грубой, часто неверной, и только очень дерзкой. Но какая сила у Вышинского, и не у него лично, а у тех, представителем кого он является. И пусть этот Вышинский – все равно! – является исполнителем воли русского народа. Так вот и у нас в литературе теперь Симонов – не в поэзии, не в искусстве дело, даже не в личности, а все в народе, в нации, в социализме, в новой грядущей жизни всего человека.
Вот тропинка возле большой дороги. Валом валит по большаку народ, машины, лошади. А ты по тропинке
697
спокойно иди себе, не торопясь, пусть обгоняют – не ускоряй шага, не суйся туда на большак, береги свой режим на тропе и не тужи, если все пройдут и ты останешься, медленный, на своей тропе. Возможно, к тебе еще подойдет кто-нибудь отставший, спросит тебя, и ты укажешь путь, куда все прошли. Учись же теперь держаться своего пути.
31 Октября. Миросозерцание. Если уничтожить разделение на богатых и бедных, то останется предпоследнее разделение всех людей на владельцев таланта и на бездарных. И когда многочисленные бездарные сожрут талантливых, то останется последнее разделение людей на умных и глупых. Тогда, конечно, умные, сколько бы их ни было, возьмут всю власть и будут управлять дураками, диктуя им определенное поведение. И все кончится тем, что дураки превратятся в машину.
Гено-оптимизм (Евгеника*).
Последнее слово науки не атомная бомба, уничтожающая жизнь (пессимизм), а кастрация слабых и разумное оплодотворение сильными: евгеника или гено-оптимизм, освобождающий будто бы плененное полом чувство любви.
Это до того умно, что застигнутые врасплох думают: «Но почему же до сих пор так не сделали?» <3ачеркнуто: Немцы хотели этого – управлять размножением, но не могли справиться.> Вероятно, кастрация и применяется в крайних случаях. Узнать. Боятся касанья. И правда, это страшно.
В «Детиздате» вышла «Кладовая солнца» в роскошном издании. К юбилею готовят тоже роскошное издание моих детских рассказов в 20 листов (36 рассказов). Рассматривал иллюстрации Рачева, сказал художнику, что его
* Евгеника – в начале XX в. евгенические теории получили широкое распространение в научных кругах разных стран, а в некоторых евгеника утвердилась и на государственном уровне: правительства этих стран стали применять ее для «улучшения человеческих качеств» (в частности, нацистская Германия в годы Второй мировой войны).
698
пейзажи очень хороши, но нет равновесия с человеком: лица не сходятся.
– А это, – ответил он, – вопрос общего характера. Над этим работал Иванов всю жизнь в «Явлении Христа» и тоже пейзаж вышел, а Христос не пришел.
– Но ведь в «Кладовой солнца», – ответил я, – дети вполне согласованы с природой?