286
от друга в метрах ста. Их разделяет жел. дор. полотно. Идет поезд. Никто из поезда не выглядывает и в него не стреляют, так как обе стороны боятся обстрелять свой поезд. Машинист рассчитал правильно.
13. [III]. Суббота.
Писал пьесу. Придуманное название не годится. Нового нет.
Смотрел пьесу В.Гусева “Москвички”. Театр плохой (только одна актриса Орлова играет хорошо), пьеса слабенькая, сухенькая и преждевременно состарившаяся286. В первом акте смеются, во втором швыркают носами, а в третьем — ничего, так как ни первый акт, ни второй конфликтов не создают, а — схемы. Впрочем, все это такой вздор, что ни думать, ни писать нет желания.
Лунная ночь. В уровень домов висят аэростаты, заграждения, похожие на штаны.
Боюсь — не растянули ли мы линию фронта в глубину, и не далеко ли оказались резервы? Т.е. не произошло ли той ошибки, которая была нами уже сделана в прошлое лето под Харьковом. Поэтому немцы нас и бьют. Поэтому мы печатаем длинные отчеты о банкетах, посвященных теме помощи США нам, а равно и во всю страницу — немецкие зверства. Зверства, конечно, отвратительные, но почему мы всегда их печатаем, когда дела наши на фронте плохи?
14. [III]. Воскресенье.
Ночью звонила Тамара, должно быть взволнованная положением на фронте. Спросила как настроение. Не мог же я сказать — плохое! Да чему и кому это поможет? Я сказал — “хорошо, хотя, конечно, никаких оснований нет”. Но, тем не менее, ребят надо везти. Может быть, удастся поселить на даче под Москвой. Это хоть немного обезопасит, от бомбежек, да и огород разведем, спасайся между грядок от осколков!..
По сводке “Информбюро” — бои в районе Харькова. Немцы, видимо, до весны хотят занять всю линию Северного Донца, т.е. стать в том положении, в котором они находились перед весной прошлого года.
День солнечный, теплый. В небе тишина. Вчера, перед закатом, шел по Каменному мосту. За кино “Ударник” две фабричных
287
трубы. Из одной несется дым, он заволакивает другую: закатное солнце освещает дым и труба уходит далеко-далеко.
15. [III]. Понедельник.
Рассказ “Честь знамени” — “Детгиз” не принял: “Надуманно и неестественно”. А в “Красноармейце”287 сказали наоборот. Кому же верить? Редактор Колпер, звонивший мне из “Детгиза”, сказал, что ему очень неприятно и т.д., а я его утешил, что он напрасно расстраивается, т.к. рассказ я уже устроил в “Красноармейце”, на что он мне сказал, что рассказ будет еще читать заведующий издательством и он завтра-послезавтра позвонит мне. О чем?
В “Правде” на трех колонках напечатан статистический отчет о помощи США нам. Оказалось, что не зря наши молчали об этой помощи. Если США отправили своим союзникам 30% машин и если их выделывается, для гладкого счета, 120 тыс. в год, то получается, что союзникам отправляли 40 тыс. самолетов и если 29% из этого числа отправлено нам, то выходит мы получили уже 10 или 12 тыс. самолетов? И такой же процент танков? И три миллиона сапог? И 28 миллионов подметок? Помощь, надо сказать, солидная, а главное, она по-другому освещает наше внутреннее положение и нашу зависимость от Америки, без которой мы ничто, говоря грубо. То есть, если бы мы вздумали заключить сепаратный мир, то нам нечем было бы в дальнейшем вооружаться и питаться и Германия могла взять нас голыми руками. Отрицая же помощь или сведя ее к нулю, мы преувеличивали свои силы и заставляли Германию считаться с нами, а значит и могли заключить сепаратный мир. Теперь, “раззвонив о помощи”, мы лишены возможности заключить мир. Мало того, американцы могут позвать нас на “конференцию” и потребовать “некоторых” политических гарантий. От этой злобной сволочи всего ожидать можно.