Скоро Новый Год постучит во все двери. Вокруг витает магический шлейф праздника, невольно начинаешь верить, что все будет хорошо. Но вот Веста не могла поверить в то, что все будет хорошо. Молодая девушка была в пижаме, наряжала ель в гостиной. Она с детства любила это занятие. Елка в семье Романиных никогда не выглядела стандартно, Веста с детства терпеть не может стандарты и какие-то рамки, поэтому с ранних лет она включала фантазию и начинала творить. Никаких стандартных шаров или украшений из стекла не было на зеленой красавице. Один год Веста украсила огромную цель красными яблоками, а на макушку вместо звезды, надела красную шапку. Один год, елка была одета в крупные мягкие игрушки. Каждый, кто приходил в новогодние праздники в семью Романиных умилялся зеленой красавице и обязательно фотографировался рядом с ней.
Обычно Веста наряжала елку заранее, но в этом году из-за плотного графика учебы девушке приходится за пару часов до торжества заниматься этим. В этом году она решила украсить красавицу домашним печеньем, еще, будучи в академии она нашла рецепт и уже дома испекла его целую гору, и вот сейчас им украшает елочку.
Девушка мурлыкала себе под нос, какую-то мелодию. Но, в какой-то момент Веста замерзла и перестала петь, она начала прислушиваться к разговору, что происходил за дверью гостиной.
— Сейчас? Ты даже в Новый год не останешься с нами? — с досадой в голосе, произнесла Анна, поворачиваясь к плите.
— Это моя работа — спокойно ответил Иван Романин, завязывая шарф на шее.
— Конечно, для тебя существует работа, а семья так бесплатное приложение. Я ведь права? — Романина старшая, выключила конфорку и кинула в раковину сковороду.
— Ты всегда все утрируешь. Благодаря моей работе Веста может учиться в этой дорогущей академии, благодаря моей работе ты содержишь свой магазин, еще аргументы нужны или ты успокоишься уже и я смогу уехать? — мужчина кинул на жену недовольный взгляд и надел черное пальто. — Ты вечно пытаешься сделать меня виноватым, не надоело еще?
— Ваня, если ты сейчас уйдешь за порог этого дома можешь больше сюда не возвращаться! Я не шучу! — громко и четко сказала Анна, смотря, как ее муж открывает своим ключом входную дверь. — Я выставлю твои вещи за дверь, так и знай — прокричала она ему, когда за ним закрылась дверь.
Женщина тяжело выдохнула и опустила голову. Ведь сегодня они хотели провести тихий семейный вечер, они так давно просто не ужинали вместе, что уж тут говорить о каких-то семейных торжествах. Каждый был занят своим собственным делом.
Веста стояла у ели и едва сдерживалась, чтобы не зарыдать. В ладошке она крепко сжала печенье, от чего оно рассыпалось, и крошки упали на ковер. Ее колотил озноб, и все-таки она не смогла сдержать слезы, по щекам девушки скатились две крупные слезинки. Когда за ее отцом закрылась дверь, Веста сжалась, но затем быстро взяла себя в руки. Она не может показывать матери, что расстроена или огорчена. Ей нужна поддержка и Веста должна ей ее оказать. Она быстро вытерла лицо ладошкой, улыбнулась и кинула в коробку поломанное печенье. Девушка слегка покусала свои губы, чтобы те налились краской. Каждый раз, когда девушка волнуется, ее губы приобретает серый оттенок, Анна не должна видеть того, чтобы дочь волнуется или переживает, это неправильно. Девушка распахнула дверь, тихонечко подошла к матери и обняла ее.
— Ничего мамуль, мы и одни отлично справим Новый Год! — бодрым голосом, произнесла Веста, прижимаясь щекой к плечу своей мамы. — Заодно я, наконец-то, научусь открывать шампанское.
Женщина оторвала ладошки от лица, она повернулась к Весте и посмотрела в светлое личико своей дочери, а затем потрепала ее по волосам.
— Ты хотела веселый праздник, я ведь тебе обещала, что мы будем отмечать его в кругу семьи. Прости…
— Да брось, мам — подмигивая Анне, сказала Романина — младшая и крепко обняла ее. — Будет тихий семейный ужин на двоих. Да и вообще я давно мечтала выспаться.
Анна крепко обняла дочку и поцеловала ее в макушку.
— Твоя тетя звала нас в гости, может, отправимся к ней?
— Мамуль, если ты хочешь то, конечно же, езжай. Я останусь дома, выпью ароматного чая, съем пару печенюшек с елки и лягу спать — Веста оторвалась от груди матери и демонстративно широко зевнула, прикрывая рот ладошкой.
— Это неправильно, что ты проведешь новый год в одиночестве — удрученно ответила Анна, глядя на уставшее лицо своей дочери.