— Прошу прощения, капитан, — сказала Кана, глядя Эйлин в глаза, — эта сво… этот так называемый новый сержант… он…
— Что-то не так сделал?
— Если бы что-то сделал, я бы его вообще убила, капитан, — как всегда, четко и ясно ответила Кана.
— М-да… И что же нам делать?
— Капитан, почему бы нам просто не избавиться от него.
Эйлин задумалась, поглядывая на троллеподобную фигуру Джелбуна, прикладывающего к фингалу монетку и что-то злобно ворчащего себе под нос. Пожалуй, он будет побольше Касавира. А со своими огромными мечами управляется так, что те кажутся продолжением его рук. И чего Кане в нем не нравится? Нормальный парень, только дело ему надо найти.
— У меня есть идея получше. Ты, кажется, говорила о проблемах на границе моих владений. Так вот, отправь его туда с отрядом из самых отчаянных и драчливых ребят. Это будет наилучшее применение его талантам. Согласна?
Кана пожала плечами.
— Тебе виднее, капитан.
— Тогда выполняй. Но я с ним сначала поговорю.
— Ну, начальница, — начал с ходу жаловаться Джелбун, — ты говорила, у тебя крепость, а это монастырь какой-то.
— Заткнись и слушай сюда! — Оборвала его Эйлин. — Если тебя не устраивают здешние порядки — можешь катиться к чертовой матери, устроиться телохранителем к какой-нибудь психованной дамочке и отбивать ее от непрошенных ухажеров. Но если хочешь заниматься настоящим делом — веди себя прилично хотя бы с собственным начальством.
— А кто себя вел-то неприлично?! Ты что, начальница. Я же понимаю, что лейтенант — не какая-нибудь там. Говорю: «Не хотите ли со мной прогуляться». А она как даст в зубы. Я даже увернуться не успел. У вас тут все такие ненормальные?
— Полегче, не забывай, с кем разговариваешь. Ты уверен, что больше ничего не говорил?
Джелбун фыркнул.
— Да что я, не понимаю, что ли. В кои-то веки хотел по-приличному за барышней поухаживать и в зубы схлопотал. Обидно. Смотри, чуть не сломала, — и он попытался показать шатающийся зуб.
Эйлин отшатнулась, поморщившись.
— Да закрой ты свою пасть. Сдохнуть можно от твоего выхлопа. Потому и девушки тебя не любят. Короче, делай, что хочешь, но чтобы я тебя больше не видела и не слышала. Извинись перед лейтенантом…
— Чего?! — возмутился Джелбун.
— Я говорю, извинись. Для твоей же пользы. Возьми у нее задание. И покажи себя с наилучшей стороны. Считай, что это твое испытание. Лишнее вместилище для жратвы и эля мне ни к чему, у меня их и так хватает.
Подумав немного, Джелбун кровожадно улыбнулся и сказал, растягивая слова:
— Теперь понял. Все будет в лучшем виде, — он подмигнул ей начинающим заплывать глазом, — лейтенант будет довольна. Разрешите идти?
— Вали отсюда, — разрешила Эйлин.
«Взяла на свою голову», — подумала она напоследок.
ЧАС ПРОБИЛ
Глава 1. Крепость-на-Перекрестке активно готовится к войне
Оставшиеся недели прошли под знаком изнурительных, но необходимых тренировок и усиленного патрулирования прилегающих земель, куда стали регулярно наведываться вражеские разведчики. Неоценимую помощь в этом оказывали Касавир и, как ни странно, Бишоп. Бишоп не имел равных в выслеживании практически в любой местности, и Эйлин отдала ему под начало своих лучших разведчиков. А Касавир со взводом лично обученных им солдат, прозванных «охотниками», стал ночным кошмаром Короля Теней. В блестящем черном зачарованном доспехе, прекрасный и ужасный, он чувствовал приближение нежити задолго до того, как она обнаруживала себя, и налетал, как вихрь, обращая нападавших в прах своими заклинаниями и разнося кости Молотом Правосудия. Отряд Касавира был настолько эффективен, что за три недели ежедневных вылазок не было потеряно ни одного человека. Возвращаясь, он был резок, мрачен, голоден, любая мелочь вызывала вспышки гнева, которые он старательно подавлял. Эйлин, уже научившаяся чувствовать его состояние, старалась не трогать его сама и оградить от остальных. Встречаясь с ним взглядом, она видела, каким яростным возбуждением горят его глаза. Она вспоминала ущелье орков, где встретила Касавира — худого, заросшего, пропахшего кровью и немытым телом, но с таким же нездоровым, убийственным огнем в глазах. Ей даже казалось, что ему нравится его нынешнее состояние. Он словно возвращался в то время, когда жил одним днем, предельно обнажив инстинкты и мобилизовав способности, готов был убивать каждую минуту и играл со смертью с презрительной усмешкой на губах.