Клара молча хлопала глазами, осмысливая ее слова.
-Ты не подумай, Клара. Я вовсе не хочу ни чьих смертей. Но они всегда были. И должны случаться... Обычно ненастье длилось всего один вечер или максимум пару дней. Но здесь непогода застигла меня врасплох - нагрянула без предупреждения, словно гром среди ясного неба - так оно и было, в общем. И длится это уже две недели. Я каждый день, словно на иголках. Только и жду: «Вот-вот, - говорю я себе, - сейчас что-то произойдет. И на этот раз случится что-то серьезное. И ты пожалеешь, что это не случилось сразу. Ты пожалеешь о том, что ты приехала сюда и осталась здесь, пожалеешь о том, что натворила». Но так ничего и не происходит, и я пытаюсь понять, почему. Мне страшно еще и от того, что подобного здесь не видели, и на этот раз, испуганна не только я.
-Вы слишком преувеличиваете, - сказала Клара, не сдержавшись от прямого комментария. Елена оскорбительно сморщилась.
-Нет, я так не думаю. Была гроза, значит, будет и смерть - так было всегда. И это пугало меня всегда. А сейчас я напугана вдвойне. - Каждое слово она выделяла ударением, стараясь ярче показать его значимость.
-В нашем городе уже давненько ничего плохого не случалось. Если случалось вообще. Мне кажется, что за всю свою жизнь я не слышала ни одной душераздирающей истории, не было ни одной новости об убийстве, только о мелких кражах. Здесь даже самоубийств не было, наверное. - Клара задумчиво опустила глаза и продолжала говорить с наклоненной вперед головой. - Самое плохое, что случилось за все это время - это тихие, почти что теплые и бесслезные проводы очередной старушки или древнего старца. Похороны молодых при мне случались лишь однажды. Но это была женщина, болевшая раком уже около десяти лет, и все знали, что рано или поздно она умрет. Никто не удивился, когда она скончалась, а все слезы были пролиты еще во время ее мучительной болезни. Большинство было даже радо за ее уход, она этого хотела сама. - Клара подняла глаза и задумчиво пожала плечами. - Неужели наш городок и вправду настолько глух на подобные события?
-Не думаю, что такое вообще возможно. Абсолютно везде, в каждом захолустном городишке, хотя бы раз-два, да происходили кровавые события. - Елена замолчала и неожиданно для себя задумалась над словами Клары. - А правда! Что если все дело в том, что в вашем городишке ни разу не было страшных смертей? Что если все дело именно в этом? Может, поэтому грозы здесь бессильны и смертей не случается? Это может многое объяснять: поэтому бушует непогода. Это словно борются два проклятия: гроза без смертей не успокаивается, а город не позволяет им произойти.
Клара с недоумением обратилась взглядом к Елене. Подобную чушь, произнесенную самым серьезным тоном, ей приходилось слышать впервые. Единственное, что хотелось ей высказать вслух, это: «Что за бред вы несете?». Но в этот раз она воздержалась. Сама Елена, закончив рассуждения, поняла, насколько глупо звучат ее слова. Ей было совершенно плевать, что о них подумает девчонка, она была полностью поглощена своими переживаниями. Ей никак не удавалось найти ту закономерность, которой она жила все это время. Она отчаянно пыталась объяснить самой себе, почему половину своей жизни она следовала, как оказалось, фальшивой аксиоме, которая на этот раз просто взяла, и не сработала. А значит, полностью подорвала свое понятие и за одним смысл ее жизни. Но по правде, она искала не объяснения, а очередные доказательства существования проклятья, и отдельные парадоксальные случаи изменения алгоритма его действия. Елена все еще надеялась, что кто-то умрет. И этого кого-то ей вряд ли будет жалко. Ведь если все сорвется, получится так, что она - лишь безнадежно глупая женщина, знающая о жизни не больше остальных. В то время как сейчас она причастна к великой тайне сверхъестественного мира сего.
-Какой ужас! - Весело вскрикнула Елена после недолгого раздумья и этим напугала Клару. - Ты ведь и правда не видела ни одной леденящей кровь смерти, да пусть так оно и остается! А я тебе здесь такие вещи рассказываю? Боже мой, какой же я после этого психолог?! - Ее резкая смена настроения отрезвила Клару в одно мгновение, словно кто-то влепил ей обжигающую пощечину. Ей стало не по себе. По многим причинам.
Во-первых, все это давно стало походить на игрушечный спектакль или на машину-симулятор разговоров, где она говорила со странным собеседником, которого в принципе не должно существовать в ее скучной и закономерно-объяснимой жизни. Во-вторых, она не знала, как сможет воспринимать эту женщину в дальнейшем - уж точно не как психолога. И в-третьих, еще никогда в своей жизни, разговаривая с кем-то, она не подбиралась к теме смерти так близко. Не считая разве что незнакомца.