Кучин не был знаком только с Машкиным. С Варфоломеем он познакомился в самолете. Ояра знал давно. Так же давно, с начала изучения в этих местах медведя, знал он и Чернова.
Это Чернов первый сказал ему всю правду, когда Кучин принял предложение работать начальником Чукотского южного заказника. Зная вою правду о тяжкой нравственной доле охотинспектора, Чернов его отговаривал. И доводы его были просты и логичны. Как часто потом вспоминал Кучин Чернова и не переставал удивляться его прозорливости!
А Чернов просто знал мягкий, незлобивый характер Кучина, его неторопливость, его лень, мешавшую настоять на своем, если дело требовало долгой раскрутки. Да и выглядел Кучин очень уж не боевито — тихий голос, очки, чеховская бородка, шаг неторопливый при его высоком росте.
Доводы Чернова сводились к следующему:
— Что мы имеем на сегодняшний день? Охотинспектор, он же начальник заказника, с ним егерь, избушка на реке, лодка, собака, оружие и громадная территория заказника. По весне на базу к избушке надо завезти продукты и необходимое оборудование. Транспорта никакого нет, да и добраться можно только вертолетом. Денег на аренду вертолета никто в управлении не даст. Придется ходить с протянутой рукой. Вертолетчики всегда помогут, и «левый» рейс ты сделаешь. От авиации ты зависишь?
— Да.
— Наткнувшись в тундре на них или их товарищей, ты будешь составлять акт?
— Нет.
— Идем дальше. В течение лета тебе необходимо сделать два легких зимовья — перевалки и хотя бы два лабаза. К кому обратишься?
— К геологам.
— Правильно. Они на своем вездеходе или на оплаченном геологами вертолете сами все тебе доставят и вместе с тобой построят. Правильно?
— Да.
— Заглянув на огонек на одну из их баз, попросить свежего хлеба и сахара, ты увидишь, что вялится рыба, которую они не должны ловить. Тебе придется на это закрыть глаза. Так?
— Так.
— Идем дальше. Начинается навигация. Завоз новых продуктов и разной техники. А у тебя давным-давно лежит заявка на новый мотор «Вихрь» и лодку «Прогресс». Мотор и лодка вот они, на первом пароходе. Ты идешь в управление торговли. Тебе тут же выписывают и отгружают. Сам понимаешь, продавщицы и товароведы на охоту и рыбалку не ездят, и в тундре в неурочные сроки ты можешь встретить только тех, кто ставил визу на твоей бумаге.
— Понял.
— Это еще не все. Доставят тебе лодку, и мотор, и новые свежие фрукты-овощи по реке прямо к избушке работники управления морского порта, оторвав в горячую пору навигации так нужный им самим катер, оторвав на двое суток ради тебя, и бесплатно. Понятная картина?
— Понятная…
— Еще не все. В «Сельхозтехнику» ты будешь обращаться за равными запчастями. Вездеход тебе все равно дадут через два-три года и машину — газик для поселка. Придется обращаться.
— Это уж точно.
— Гм…
— И это еще не все. В штате заказника не хватает трех единиц, тебе придется устраивать трех человек, и жить они должны в поселке, а работать в тундре. В поселке им нужны квартиры, где они будут жить зимой с семьями. Да и тебе самому пора жилищные условия улучшать. Ты обращаешься в соответствующие инстанции с просьбой выделить тебе — неслыханное дело! — четыре квартиры. Положительное решение этого вопроса в руках администрации. И вот, что же мы имеем, как говорится, на сегодняшний день? Геологов тебе штрафовать нельзя, авиацию нельзя, торговлю тоже, сельхозтехнику нельзя, морпорт, пограничников и администрацию — тоже.
Чернов загнул семь пальцев, потом на всякий случай еще три, показал два кулака и разогнул пальцы.
— Вот видишь. Я намеренно сгустил краски. Не надо думать, что все только и мечтают побраконьерить. А вдруг? Не с тем, так с другим тебе все равно придется иметь дело. Так на кого же ты будешь составлять акт и как выполнять план по штрафам? Ловить туристов? Они сюда не заглядывают. Бесхозных, заблудших романтиков? Их сюда не дозовешься. Воскресных отдыхающих? Им хватит места для отдыха и в черте поселка — с удочкой. Они отдыхают, и им много не надо. Трудно тебе придется. Иди лучше ко мне, лет через пять сделаешь диссертацию.
Христофор Кучин все же принял заказник, поработал два года, частенько убеждаясь в той или иной мере, что слова Чернова как нельзя точно соответствовали ситуации, и через два года, сказав «довольно», перевелся в управление на повышение, сдав дела молодому настырному парню из Иркутска, которого еще не было столь тесных связей с местным окружением. Да и дела в заказнике, в общем-то, были уже налажены, глядишь, парню будет легче.