А затем я вижу Адейр, выходящую из женского туалета. Она одна.
На самом деле в коридоре нет никого, кроме нас двоих. Застать Адейр одну весьма странно, поэтому, возможно, мне не стоит сильно казнить себя за то, что, повинуясь импульсу, я совершаю ужасную глупость и окликаю ее. Я хотел воспользоваться удобным моментом, не подумав хорошенько, что собираюсь ей сказать, и понятия не имел, откуда взялся этот дурацкий импульс. Очевидно, после посещения доктора Мендеса я готов выслушать то, что она могла бы мне сказать.
Она разворачивается изящным движением настоящей танцовщицы и направляется ко мне. Ее серые глаза темней грозового неба за окном и ярко выделяются на фоне алебастрово-бледного лица.
– Чего тебе надо? – Ее голос напоминает звук ножа, затачиваемого об оселок.
Я рад, что она не дает мне ответить «не знаю».
– Ты вчера устроил настоящее представление.
– Все было по-настоящему.
– И вот теперь, вместо того чтобы обсуждать, что ты натворил, все обсуждают вчерашнее маленькое происшествие. Как удобно.
– Мне совсем не было удобно.
– И что, ты думаешь, я стану тебя жалеть?
– Я тебя об этом не прошу.
– Какой ты щедрый. Спасибо.
– Адейр, послушай. – Только не говори «мы же были друзьями». Что угодно, только не это. – Мы же были друзьями.
Она скрещивает руки на груди и взрывается хохотом, отрывисто и язвительно. Хлопая глазами, она смотрит на меня с недоверием.
– Неужели? Поэтому ты остановил меня в коридоре? Чтобы напомнить о том, что мы были друзьями?
– Может быть, мы поговорим об этом как-нибудь в другой раз? Выпьем кофе и поговорим? – Я понижаю голос.
– Нет.
– Адейр.
– Я серьезно. Тебе хватило наглости вчера устроить это представление. А теперь стесняешься объясниться со мной посреди коридора?
– Это не так.
– Именно так. И тебе следовало подумать об этом, прежде чем останавливать меня. Итак, о чем же ты думал, если вообще думал?
– Я просто подумал… – Мое лицо пылает.
– Продолжай.
– Я…
– Что? Подумал что? О чем ты думал?
– Понимаешь, я… подумал, что мы могли бы поддержать друг друга. – Я отлично понимаю, как ничтожно и глупо звучат мои слова. Краем глаза замечаю, как кто-то хотел выйти в коридор, но затем поспешно ретировался. Я вспоминаю, почему так опасался людей, боявшихся Адейр.
Голос Адейр делается приторно сладким и невинным. Она бросает на меня взгляд из-под ресниц.
– Оу! Неужели тебе одиноко, Карвер? Теперь твоя жизнь превратилась в сплошную муку? Тебе тошно быть живым?
– Я…
Она поднимает палец.
– Послушай, дело вот в чем: у меня очень много друзей. Но брат был только один. Если ты так беспокоился о том, что останешься без друзей, то, возможно, тебе следовало завести их больше, чем могло поместиться в одну машину, и возможно, ты вел бы себя осторожнее и не стал бы писать им смс, когда они ехали в этой машине.
– Да. Наверное, ты права, – бормочу я. Ее слова причиняют боль.
– Но ведь ты не одинок, не так ли? Я вижу, вы с Джесмин уже подружились.
– А с кем мне еще было дружить? Не с тобой же.
– И кто в этом виноват?
– Я не пытаюсь ухлестывать за Джесмин, если ты намекаешь на это.
– Какой принц.
– Адейр.
Она презрительно щурится.
Я стою перед ней, словно слюнявый перепуганный идиот.
– Мне очень жаль.
Адейр придвинулась ближе.
– Чего? А? Чего тебе жаль?
Перед моим мысленным взором мелькает призрак мистера Кранца. Это опасная территория.
– Мне жаль, что так произошло с Эли, Блейком и Марсом. Я тоже их любил.
– Ну, и что ты сделал с Эли, Блейком и Марсом, что теперь жалеешь об этом?
Я проглатываю ком в горле, представляя, что мое адамово яблоко в этот момент выглядит как на карикатуре.
– Мне жаль, что их больше нет. Я очень по ним тоскую.
Адейр снова возвращается к своему едкому сарказму.
– Оу. Да, Карвер. Я тоже. Уверена, это невыносимо для тебя. Конечно, мы с Эли вместе были в утробе матери, а потом семнадцать лет жили бок о бок, но давай не будем забывать о твоих страданиях. – Ее голос начинает дрожать и прерываться, и она умолкает.
– Мне жаль. – Я чувствую, как все мое лицо становится пунцовым и ужасно пылает. Еще один студент торопливо проходит мимо, не поднимая глаз. Через пятнадцать минут вся школа будет знать о том, что произошло.