Когда он садился в громоздкое, обшарпанное кресло – одно из четырех, стоящих полукругом у камина – лицо его на мгновение перекосилось от боли. Очень осторожно он повел плечом. Анна закрыла глаза. Этого только не хватало. Она даже не стала задавать никаких вопросов, чтобы не расстраиваться.
Вскоре появился мистер Бирн. Дэймон встал, они обменялись рукопожатием. Несколько обязательных фраз, вежливые улыбки… Анна тоже заставила себя улыбнуться и даже ответила на какой-то дурацкий вопрос типа «как поживаете?» Вынужденные считаться с ее присутствием, мужчины присматривались, принюхивались друг к другу, точно сенбернар и доберман. При других обстоятельствах видеть их вместе было бы даже забавно. Рыжеволосый, веснушчатый Оуэн Бирн принадлежал к совершенно другому типу ирландцев, нежели Дэймон.
– Так вы из округа Фермой? – уточнил он, разглядывая Дэймона с дружелюбным интересом. – Тамошний лендлорд говорил мне о вас.
Дэймон чуть заметно пожал плечами.
– Что хорошего он мог обо мне сказать?
– Хорошего? – Оуэн улыбнулся. – Ничего.
Дальнейший разговор протекал в атмосфере взаимного недоверия и растущей тревоги. В нем попеременно принимали участие англичанин Майкл Фрост, который попался им первым и теперь уже не отходил от них ни на шаг, боясь что-нибудь пропустить, француженка Жозе Блие, которую призвали в качестве единственного свидетеля отъезда Константина из Данглоу (остальные уже разбрелись по своим делам), ну и, разумеется, сам Оуэн Бирн, который накануне действительно находился в отъезде, но, как человек нормальный, чувствовал определенную ответственность за судьбу своего сотрудника. Все были предельно вежливы. Никто не произносил таких слов, как «опасность» или «исчезновение» – до тех пор, пока Дэймон не задал вопрос, от которого у всех присутствующих вытянулись физиономии.
– Почему вы не обратились в полицию? Отсутствие Константина вас нисколько не обеспокоило?
– Нет, – отозвалась Жозе, видя, что все остальные молчат. – Мы знали, куда он поехал.
Дэймон слегка изменил положение, чтобы видеть ее лицо.
– Дело в том, – продолжила Жозе, бросив взгляд на Оуэна и убедившись в том, что он не возражает против разглашения дворцовых тайн, – что сегодня из Дублина должна была вылететь утренним рейсом одна из наших девочек, и Константин…
– …поехал ее провожать, – помогла ей Анна. – Провожать Ирину Казанцеву.
– Да. – Жозе судорожно сглотнула. – Они выехали вчера, в начале двенадцатого, так как у Ирины были еще дела в нашем дублинском офисе. Предполагалось, что она переночует в одном из отелей, а в семь утра вылетит из Дублина в Москву.
– А Константин? – снова спросил Дэймон. – Разве он не должен был вернуться еще вчера вечером?
– Да, он обещал. Мы ждали его часам к девяти, но…
– Мадемуазель Блие, – Дэймон глубоко вздохнул, мысленно призывая к себе все свое терпение. – Мистер Бирн. Позвольте задать вам все тот же вопрос: почему вы не обратились в полицию? Константин обещал вернуться к вечеру и не вернулся. Более того, он даже не позвонил. Кстати, – перебил он сам себя, – а вы не пробовали дозвониться до него? Вчера вечером или сегодня утром.
– Пробовали, – подал голос Майк. – Но его аппарат был выключен. Он выключен до сих пор.
– И все же вы продолжали сидеть сложа руки… Мистер Бирн, я позвонил вам сегодня в десять утра. Для того, чтобы окончательно удостовериться в том, что Константина нет в отеле, что он не появлялся и даже не звонил, вам могло бы хватить десяти минут. Сейчас ровно два. Вы не перезвонили мне, вы не обратились в полицию. Неужели репутация вашей фирмы значит для вас больше, чем человеческая жизнь?
– Я посоветовался со своими сотрудниками, и мы решили подождать до полудня, – хмуро пояснил Оуэн Бирн.
Ему не очень нравилось отвечать на вопросы этого самозванного детектива, но, похоже, он начинал понимать, что дело пахнет очень и очень скверно.
– Вот как? – Дэймон многозначительно приподнял брови.
– Мы подумали, – начала Жозе, нервно тиская пальцы, – что, возможно, он заночевал…
Тут все, как по команде, уставились на Анну.
– …заночевал в том же отеле, вместе с Ириной, – закончила та с леденящим спокойствием.
Жозе подтвердила кивком.
– Они решили, что Костя остался на ночь у Ирины и специально отключил телефон, чтобы его не доставали друзья и коллеги, – подытожила Анна, обращаясь к Дэймону, словно опасаясь, что он чего-то не понял.
Он рассеянно кивнул и вновь повернулся к Оуэну Бирну. Сорокашестилетний Оуэн тяжело, как столетний старик, опустился в кресло, откуда вставал, чтобы перемолвиться словом со спустившейся по лестнице со второго этажа высокой девушкой в джинсовом комбинезоне.