— Глаза… — сказала сова. — Кто дал мне глаза? Это ведь изюм! — Голос у неё был неглубокий и, скорее, в нос — если так можно сказать про сову, тем более про пряник.
— Ииии… — тоненько вывела Аня и попятилась.
— Я на твоём месте не возникала бы, — сказали скрипуче с другого края стола — у меня вот только один глаз и две ноги, и я не возникаю.
— Две ноги, — откликнулась сова, — всегда лучше, чем одна, против чего тут возникать?
— Почти всё верно в твоих словах, — отозвался скрипучий голос, тут не о чем было бы спорить. Но я же рыба…
И с края, противоположного сове, привстала маленькая фигурка — точно такой же пряник, с глазурью, изюмным глазком и полосками, призванными символизировать чешую — рыба, просто рыба, только с двумя ножками там, где у обычных рыб нижний плавник…
— Я сейчас просто сойду с ума, — мрачно и хрипло сказала Гамелина. — Может, это просто глюки? Угар от вашей духовки? Такое бывает, я читала. Вы тут ртуть не разливали?
— Нет, недавно упустили молоко, — добродушно ответил я. — Но тут так всегда. Ты привыкнешь… Может быть.
— Я даже не знаю… — не удержалась Аня. И прокололась второй раз. — Это не больно?
— Страшно интересно, — ответил я. — Плюс постоянная практика и нервы.
— Мне нервы нельзя, у меня зрение, — пробормотала медицински малограмотная Гамелина.
— А ты зажмурься, — посоветовал я. — Так всегда лучше видно.
Аня послушно поморгала. Бася из своего гнёздышка повторила её мимику в точности.
— С чего ты взял, что тебе можно таким заниматься? — пробурчал некто со стола и пошевелился вновь. — У тебя есть опыт, знание или разрешение хоть?
Дерзкий пряник был действительно больше всего похож на звезду: сердитый глазик, острое ушко, три крошечные лапки, — а ведь задуман был как ёжик.
— Это ты мне? — спросил я сурово и хихикнул; трудно удержаться от смеха, выслушивая дерзости от пряничных ежей.
— Нет, конечно же, — профыркал ёжик. — Спросил у ясеня.
— Вот пусть он тебе и отвечает, — резонно заключил я. — Из перечисленного тобою у меня есть только «хоть» — привык обходиться малым.
— Я безобразна, я ничтожна, гныыыы… — взвыл пряник, располагающийся в центре и символизирующий, по моему мнению, дракона. — За что?! За что? — драматично пискнул пряник. — Мне это, вот так? Оо — ооо — гныыы…
— Ну, — миролюбиво заметил я, — все не так плохо. Ты же дракон, и похоже, что девочка…
— Я подгоревший карлик! — провсхлипывал дракон и попробовал затрепетать миниатюрными крылышками. — Драконов-червяков не бывает, гныыыы…
— Ну, надо же с кого-то начать, — буркнул я. И прокашлялся. — Внимание! — начал я довольно громко. — Хватит придуриваться! Все немедленно встали и обозначились!
— А можно я сяду? — задумчиво сказала Гамелина. — Или выйду?
— После звонка, — мстительно ответил я.
На столе раздался шорох. Потом шипение.
— Ты опять наступил мне на лапу… — сказал кто-то сердитым голосом.
— Надо было сделать их карамельными, — пробормотала Аня. — Рецепт простой, очень: восемь ложек сахара столовых, воды четыре ложки, ну, и уксуса туда же ложечку, чтобы кислинка… Потом на большой огонь, пусть покоричневеет и тягучее станет.
К краю стола подошли Луна, Солнышко и Божик. Вид у пряников был внимательный; можно сказать, они были в шаге от конспектирования.
Гамелина впилась мне в руку и продолжила, несколько монотонно.
— Хорошо добавлять сироп, вишнёвый, например — тогда красноватые… они. А Майка, она зелёное любит — зе… зелёнку капает, вот.
Тут к первой группе присоединились горизонтальные пряники, немного напоминающие бронтозавров: Рысь, Рыба и Вепрь. Вся троица приковыляла к краю, потопталась и уставилась на Аню хмуро.
— Форму сначала надо смазать… масличком. Ещё прищепки нужны, можно взять деревянные. Скрепить это всё… — не сдавалась Гамелина.
Почти неслышно подошли Гусь, Мотылёк и Ёлочка.
— Потом надо так точно в формочку, в отверстие, тоненькой струйкой, массу эту влить… карамельную массу и… и… и… воткнуть, — продолжила Аня и нервно оглянулась на меня…
— Что? — поинтересовался я. — Что воткнуть?
— Спичку, — ответила Аня и взялась переплетать кончик косы. — И… и, чтобы они стали леденцами, ну, застыли, чтобы — надо формочки положить в холодную воду. Несколько минут — и всё.
— Какой-то вудуизм и хилерство. Всё это.
— Когда всё готово — это леденцы, — заметила Гамелина и присмотрелась к пряникам. — Ужас просто что такое…
К шеренге пряников присоединились Ёж, Дракон и Сова, выглядящая надменно.