Она кивнула и сделала одно нажатие на какую-то кнопочку. Сразу же после этого лифт заработал и приглашающе раскрыл двери, выпуская двух застрявших в нем пассажиров.
— И на что вы намекаете своим заявлением? — Волкас недовольным тоном продолжил разговор, когда лифт двинулся вниз. — Что нам надо убраться назад в Зверополис и не мешаться, оставив вам хумана? — понизил он голос, покосившись на девушку, но та не проявляла никакого интереса к их разговору.
Они уже начинали эту тему вчера днем как раз перед тем, как размалеванная Кира ворвалась в комнату, спасаясь от собак. Наивно было надеяться, что псы не попытаются вернуться к этому вновь.
— Полагаете, мы не понимаем, что в таком случае мы больше ее никогда не увидим? — м-м-м, серьезный Ник редкое зрелище, но ему идет.
— Разве это для вас плохо? — наигранно удивился дог. — Ведь, насколько я понял, стоило вам связаться с Войной, так понятие “спокойная жизнь” стало для вас чем-то недостижимым. Бесконечно скрывать сами вы ее не сможете. Только в Редфорте к хуману будут относиться спокойно. Здесь ей самое место, тогда как в Зверополисе ей опасно выйти без маскировки, чтобы не посеять панику. В глазах других животных она выглядит чудовищем. Вспомните свою первую реакцию во время первой с ней встречи, — Ральф оценил их потемневшие мордашки и покачал головой: — Ей даже не дана была свобода передвижения.
— Будто здесь ей дадут, — выбила дробь лапкой Джуди.
— Мы, вроде, говорили, что не будем мешать богам делать то, что они посчитают нужным, — напомнил Кёниг. — Захочет уйти – пусть идет куда пожелает, но с нашим сопровождением.
— Одну. Киру. Не. Оставим! — Девид едва удержался, чтобы не оскалиться, иначе девушка может заметить напряженность обстановки.
— Война не может с вами уйти, но и вы с ней оставаться не можете, — отвел назад уши дог, посмотрев со снисхождением. — Семья готова предоставить вам право находиться на нашей территории сколько пожелаете, вот только о работе в полиции в таком случае вам придется забыть! Пока вы официально в правоохранительных органах, мэр Зверополиса не оставит попыток вернуть вас обратно. Наверное, боится, что Семья у вас стратегически важную информацию выпытывает. Так и до скандала недалеко. Да и слушать каждый день рев рогатого и кошкообразного здоровяков мне надоело.
— Уволиться? — ушки Хоппс поникли.
Девид с Ником растерянно переглянулись. По сути, они вдвоем не особо беспокоились по этому поводу. Уайлд этой работой особо не дорожил и вообще пошел в департамент только ради Джуди, чтобы проводить с ней как можно больше времени. Его связи и знание различных махинаций были очень полезны, так что ему не составило труда влиться в коллектив. Навыков у рыжего много за счет сомнительного прошлого, так что с лисьей хитростью найдет себе новое занятие без особых проблем. Девид всю жизнь служил во имя закона, ничего кроме этого не зная, и потому ему было тяжелее думать о том, чтобы снять значок. Но с другой стороны, он вновь молод, здоров, а значит все дороги для него открыты. Он может выдать себя за выпускника школы и поступить в любой университет. Мало ли где в жизни пригодятся его навыки. Но также оба парня прекрасно знали сколько сил стоило маленькой зайке исполнить свою мечту. Подобная жертва дастся ей больней всего.
Кира подозрительно прищурилась, когда после активного общения троица задумчиво притихла, а со стороны псов повеяло слабым самодовольством.
— Это в любом случае произойдет, если вы трое и дальше будете отсутствовать на рабочем месте, — наигранно покачал головой дог. — К сожалению, запас моего красноречия исчерпал себя и у Семьи нет официальных причин для вашего дальнейшего задержания. Кто столько времени берет показания у свидетелей? Если вы останетесь в Редфорте еще на несколько дней, то вопросы возникнут уже к вам.
Звери переглянулись.
— “Ах ты ж сука породистая!” — ясно читалось в глазах у всех троих.
Умывает лапы, значит? Не будет больше прикрывать их хвосты перед Буйволсоном, и если никто из них не вернется назад в Зверополис в ближайшее время, то это будет уже считаться систематическими прогулами!
Кабина лифта остановилась и выпустила своих пассажиров.
Процессия направилась к следующему транспортеру, спускаясь все ниже под землю, но разговор при этом не прекращался, а только разгорался с новой силой.
— Вероятно, вы плохо понимаете смысл понятия “долг жизни”, — раздраженно скрестил лапы за спиной Волкас, идя вровень с невозмутимым принцем. — Звание на совесть не меняется!
— Вы все имеете долг перед ней? Это из-за того нага? — Рейвуд, плетущийся с другой стороны дога, посмотрел на лесного собрата.
— Да! — уверенно сказала Джуди.
— Нет! — предупреждающе щелкнул на нее зубом Девид, получив в ответ непонимающие взгляды коллег. — Ребята не знают, что говорят. Долг жизни перед Кирой имею только я.
— Эй! — возмутились напарники. — Нас она тоже спасла вообще-то!
— Как и еще десяток жителей, но кровниками они ей при этом не стали, — повернул к ним одно ухо Волкас. — Так что вы можете спокойно возвращаться в Зверополис в участок. Я сам останусь с ней.
— Вот уж нет! — не согласились те с таким решением, но их никто не слушал.
— Что Война такого сделала, сержант, что ты решил вспомнить про этот пережиток прошлого? — полюбопытствовал Ральф.
— Вытащила с того света, когда я был уже практически труп, — процедил сквозь клыки волк. — Как считаете, достаточная причина для вспоминания древних обычаев моего народа?
— А ты, значит, сторонник древних обычаев? — фыркнули псы. — Теперь ясно почему ты о ней так печешься. Как именно она тебя спасла? Напоила своей кровью?
Больные что ли? С чего они вообще взяли, что... Хотя, если вспомнить найденные у похитителей результаты, то ее кровушка и вправду может оказаться целебной. Гадость-то какая...
— Не ваше дело! — зарычал полицейский. — Факта все равно не изменить! Я должен ей свою жизнь, и поэтому вам меня с ней не разлучить!
— Эм... Похоже, мы и вправду немного не в курсе, — озадаченно протянул Ник. — Что вы понимаете под долгом жизни, а то я что-то не догоняю!
— Долг жизни был известен в Анималии много веков назад среди узкого круга животных, в основном крупных хищников, и уже почти забыт, — немного отстав, сравнялся с ним овчарка, пока волк и пес продолжали выяснять отношения. — Ваши предки не признавали его, так что неудивительно, что для вас этот обычай звучит, как набор красивых слов. Есть много оговорок, при которых признается долг жизни и, если хорошо знать правила, то можно еще попробовать отвертеться. Но ваш приятель решил идти до конца и тем самым подписал себе приговор.
— Приговор? — навострили они ушки.
Они в это время уже успели пройти последний пост к лифту, ведущему на засекреченные уровни.
Сидящий здесь седеющий черный скотч-терьер, когда-то таращившийся на звериную тройку, чуть сердечный приступ не словил, увидев живого бога. Какой впечатлительный, а заменяющий его вчера более молодой помощник только пасть разинул на Киру, как и все встречающиеся по пути собаки.
— Если сержант признал долг жизни перед Войной, то хуман обретает почти полную власть над своим кровником и может делать с ним, что заблагорассудиться, — войдя во вместительную кабину вместе со всеми Рей многозначительно сощурился и склонился, тихо добавив: – Даже вернуть назад подаренную жизнь. Прикажет спрыгнуть со скалы – спрыгнет, начнет душить – он даже сопротивляться не имеет права. Хотя с последним пунктом неувязочка, — задумался овчарка. — Никогда не слышал, чтобы кровник на своего принимающего в ответ замахивался. А этот еще огрызается и даже командовать смеет. Должники не могут позволить себе ранить своего спасителя, но царапины на ее шее говорят, что этим правилом он тоже пренебрег. Сержант решил схитрить и ничего не рассказывать хуману? Он должен был рассказать! Своим молчанием он только наживет себе лишние проблемы, если создатель узнает об нарушениях обычая. Такое раньше не прощали...
Девид сверкнул нехорошим взглядом на этого болтуна, прекрасно слыша каждое слово, после немного испуганно на стоявшую за ними Киру, наблюдавшую за парочкой с высоты своего роста.