Что за речь елы-палы? Как так язык должен двигаться? Почему слова дублируются? И зачем давать клятву, которую собирается нарушить?
Охота усложняется, но так лишь интереснее. Все равно в этом мире Ирина надолго задерживаться не собирается. В тюрьме или на свободе — какая разница где возвращаться в бездну? Когда задание завершится, Верас потеряет причину оставаться.
“... — Отдай флешку!...”
Это еще что за хрен тут пистолетом угрожает? Да это же сам глава мафии прибрежной части Зверополиса! Россомаха с мутным прошлым и очень хорошими связями, являвшимся по совместительству директором городской тюрьмы. Через него столько зверья проходит... Ох ё-ё-ё-ёлки зеленые! Во что ты только ввязалась Ирина?! И чего он так боится?
“... — Эту штучку? — а этой смешно от его перекошенной морды. — Попробуй отбери, если не хочешь оказаться в собственной тюрьме. Уверен, тебя там тепло встретят!...”
Ясно, Кира развлекается. Это ее эмоции. Снова бессовестно эксплуатирует силу Вераса? Но почему ее слова опять дублируются? Да еще и мужским голосом?
“... — Я тебя прикончу, ублюдок! — зарычал росомаха, но ни одна пуля так и не достигла выпрыгнувшей в окно цели. — Только попробуй что-нибудь выложить в сеть и клянусь, что я тебя из-под земли достану, тварь! Я уничтожу тебя и всех твоих родных и близких! Слышишь меня?! Это война!...”
Нужно больше ярости. Больше страха. Нужно больше их взбесить. Чтобы ни о чем больше не могли думать кроме мести, забыли об осторожности. Но сколько придется ждать, когда ключевые фигуры вернутся в Зверополис и ловушку можно захлопывать? Проклятый крысеныш со своей прорубью. И надо еще умудриться заболеть в такое время!
Становится страшно. Может не справиться, если болезнь серьезно ослабит.
Нужно просто подождать их возвращения. Нужны все сразу, чтобы никто не смог улизнуть из-под удара.
“... — Хи-хи, — Ирина стоит перед какой-то каменной плитой, растягивая губы в улыбочке. — Новое имя... “Вычеркнутые из своего времени, связаны окажутся одной смертью”... Что ж, оно мне нравится... Мое новое имя...”
А почему бы и нет? Ведь это почти традиция — получать новое имя после каждого рождения.
Он что видит самого себя рядом с какой-то крольчихой?! Только не говори, что между ними действительно...
“... — Так они там... Вот же... Ксенофилы, блять!...”
Не-е-ет!!! А-а-а-а!!!
Теплый оранжевый одуванчик в темноте и жгущие режущие тонкие светящиеся нити, утаскивающие в пустоту.
“... — Здравствуй, моя сладкая, — отвратительный длинный липкий язык, прошедшийся по щеке, и шелест перьев громадного тела. — Именно тебя я и ждал. Отдай мне свою жизнь...”
От этих нитей не избавиться! Та тварь, обитающая в бездне, пытается притянуть обратно, через путы воруя духовную энергию в виде белого огня.
Страх усиливается, переходя в истерику. Верасу не страшно умереть. Страшно умереть зря от неизвестного противника в неизвестное время. Ничего после себя не оставить. Оказаться бесполезной. Провал задания неминуем.
— Ты не должен был всего этого знать.
Каскад видений закончился так же внезапно, как и начался. Ник пришел в себя и осознал, что оказался в захвате длинных острых стальных пальцев и поднят на уровень недобрых серебристых глаз.
— Нет! Погоди! Я никому не расскажу! — испугался лис ее четко сформулированной мысли насчет того, как исправить собственную ошибку.
Черт, сколько раз через ее воспоминания он слышал подобные слова? Никакие мольбы не помогут и на жалость давить не надо, потому что у Вераса это чувство атрофировано за ненадобностью.
Он не хочет, чтобы его память стерли!
— А если перенести сознание в цифровую реальность? — спросил развалившийся под тенистым дубом на мягкой травке Ник и нахмурился от ощущения дежавю.
— Нет. Невозможно достичь бессмертия, скачав душу на другой носитель, — ответила лежащая рядом лисица и выжидательно уставилась на него.
Почему у него появилось чувство, что похожее с ним уже когда-то случалось? Может быть это связано с утраченной памятью? Он начал что-то вспоминать из потерянных пяти лет?
Возникла неловкая пауза. Надо бы как-то поддержать разговор.
— У меня появилась гениальная идея! — вдруг из неоткуда возникла Кира, словно чертик из табакерки.
— Сгинь, — совсем не обрадовалась ей Ирина. — Твои идеи никогда ни к чему хорошему не приводили. Иди лучше восстанавливайся.
— Да погоди ты, снежная королева! Ник, ты когда-нибудь задумывался о роли актера?
— Э-э-э? — что-то в ее голосе заставило его насторожиться.
— У меня для тебя есть отличная роль! Сыграем небольшой спектакль! Не волнуйся, сценарий и спецэффекты я обеспечу!
— Запрещено, — смерила близняшку строгим взглядом Ирина. — Данное вмешательство в чужую мозговую деятельность считается вторжением.
— Ага, а сама сейчас что учудила? — вздернула острый черный носик бурая. — И это тебе запрещено, а я ведь вне всяких запретов, разве нет?
— Ну раз так, то хорошо, — кивнул лис. — Все равно заняться здесь нечем. А спектакль звучит не так плохо.
— Ты уверен? — эмпатией наслала на него сомнение Ирина. — С Кирой лучше не связываться. Помимо чувств и эмоций в ее распоряжении так же находится безграничное воображение. Даже я не могу предугадать все ее действия.
— Эй, это же просто небольшая игра воображения! Пострадать здесь невозможно! К тому же мне довольно интересно, что творится в твоей голове.
— Тебе понравится, — хищно улыбнулась Кира, потирая ладошки.
Ему стало страшно от понимания, что своим разрешением, возможно, только что поставил точку в спокойном и умиротворенном уединении в собственном придуманном мирке. Еще не поздно передумать?
— Итак, по моей команде, Ирка, ленту запуска-а-ай!
— СНИМИТЕ МЕНЯ ОТСЮДА!!! — вопил во все горло лис, носясь по горящей крыше башни.
— Это Робин Гуд! Стреляйте в него! — высунулся из окна в одной ночнушке и сваливающейся с головы золотой короне Леодор Златогрив очень недовольный тем фактом, что его нагло обокрали.
Почему мэр Зверополиса оказался в сюжете лис узнал еще на турнире, когда Война тайком шепнула ему, что видела этого зверя в реальности и тот показался ей подходящим персонажем для этой роли.
— На, подавись ты своим золотом! — швырнул во льва тяжеленный мешок Ник, едва не прибив того на месте. — Не нужны мне ваши деньги! Меня заставили это украсть!
— Такого в сюжете нет, но мне нравится твоя импровизация! — помахала листами со сценарием высунувшаяся из другого окна Кира в образе местной принцессы. — Продолжай в том же духе!
— Пошла в баню со своим сюжетом! Он мне не нравится! — огрызнулся на лисицу Уайлд, уворачиваясь от стрел. — Огонь горячий! Вся шерсть погорела! Мне от него больно!
— Конечно же горячий! Это ведь огонь! — с умным видом ответила она.
Посмотрев на ее самодовольную мордашку, лис выдернул едва не вонзившуюся ему в лапу стрелу и потянулся за луком. Сейчас будет ей добрая сказочка! Сейчас он ей покажет реалистичность! Иди сюда, фантазерка фигова! Куда прячешься?!
— А ведь я предупреждала, — повторила в громкоговоритель сидящая на противоположном бережку в качестве режиссера Ирина, не принимающая участия в спектакле. — Человеческое воображение не знает границ.
— Не честно, что я не могу здесь ничем управлять! — продолжал скандалить Ник, метаясь от края к краю в поисках выхода из огненной ловушки. — Убери хотя бы собак! — щелкнул он зубом на лучников, пытающихся подстрелить юркую мишень.
— Не-а, они тут по сюжету стоять должны, — рискнула снова показаться Кира со своими заметками, убедившись, что тот больше не будет в нее стрелять, уронив свой загоревшийся лук. — А управлять ты ничем не можешь, потому что это моя реальность. И это я смотрела этот старый диснеевский мультик, а не ты!
— Тогда скажи, как отсюда выбраться! — взвыл лис, схватившись за металлический шпиль башни и взяв в лапки хвост, чтобы тот не обгорел.
— Робин Гуд должен спеть песенку, которой я тебя научила. Его услышит фея Динь-Динь и пришлет на выручку летучий пиратский корабль! — вскарабкавшись на подоконник и держась одной лапкой за стенку, Кира опасно высунулась из окна, не боясь сорваться.