Хватит ли ей силенок спрятать труп, если ошибется?
Верас широко улыбается во все тридцать два, отчего зверь вспыхивает, как лампочка, но взгляд не отводит. Неторопливо двинулась в обратном направлении, приближаясь к мордашке, заинтересованно поднявшей треугольники ушек. Остановилась напротив пытливо сверкающих золотом и янтарем радужек, вернувшись в то же положение, с которого они и начали, разве что теперь не прессовала его мозг насылаемым ужасом.
Выдыхает.
Не выдерживает и пытается первым нарушить разделяевшие их сантиметры, чтобы коснуться носом ее щеки.
Она отстраняется, уклоняясь от поцелуя. Многообещающая улыбка превращается в хищный оскал, после чего неожиданно отпускает лапы и быстро обхватывает его голову.
В желтых глазах успевают промелькнуть испуг и изумление, а в следующую секунду она резким отточенным движением пытается повернуть ему шею до щелчка.
— Что ты делаешь? — непонимающе выдохнул Девид, покосившись на окаменевшее лицо.
Это что еще за номер? На мгновение ему почудилось, будто она захотела свернуть ему шею, но на деле только голову повернула к плечу, не более. Это что? Какое-то заигрывание? И как он на подобное должен реагировать? Проклятье, надо бы у собак какую-нибудь литературу попросить по поводу брачных игр хуманов, а то он понятия не имеет чего от нее ждать и когда ее приспичит. То ли сожрать пытается, то ли соблазнить – ее вообще не понять! Пугает только и весь настрой сбивает! Вот как сейчас! Какого рожона она вдруг шипеть начала и сдавливать ему шею двумя ладонями? Выглядит не на шутку разозленной и предельно серьезной, что впору снова испугаться, вот только давит она недостаточно сильно, чтобы задушить. Да чего она добивается, ё моё?
— Кира! — недоумевающе-осуждающе посмотрел на нее Волкас, положив лапы на сдавливающие горло ладони, и вкрадчивым тоном поинтересовался: — Я не понимаю, ты меня убить хочешь или изнасиловать?
Черный глаза полыхнули дикой яростью, что зверь вдруг вновь растерял всю свою храбрость и съежился.
— Kto ti takoi?! — рявкнула она ему в морду, приподняв и больно ударив затылком об плитку.
— Ау! Да что не так-то?!! — слабо затрепыхался волк в ее хватке, абсолютно сбитый с толку подобными перепадами настроения. — Что я такого сделал?! Или наоборот не сделал? Куда ты меня потащила? Погоди... Да стой ты, Кира! Объясни, что не так! Я исправлюсь, честно!
— Derjis’ ot menya podal’she, — буркнула девушка напоследок, бесцеремонно выкидывая хищника за порог своей комнаты.
— Но как же... — успевает вякнуть он прежде, чем захлопывается дверь.
Озадаченно чешет затылок, пытаясь осознать, что это сейчас было только что. В разуме облегченно бьется “Я жив! Я жив!”, но тело требует продолжения!
— Эй, ты! — окликает его смутно знакомый голос. — Ты что здесь делаешь?
Волк обернулся и едва удержался от того, чтобы не поморщиться. Вот только борзого здесь и не хватало до кучи.
— Могу задать тебе тот же вопрос, Михаил, — развернувшись, скрестил лапы на груди хищник и вызывающе посмотрел на остановившегося в шаге белого пса. — Что ТЫ тут делаешь? Разве Кёниг не сказал тебе отдохнуть?
— Я телохранитель Войны, если ты не помнишь, волк, — показал тот клыки в ответ. — И я имею полное право проведать свою хозяйку в любое время суток.
“Ага, как же, проведать”, — цыкнул про себя Волкас, выдав свое раздражение лишь слабым покачиванием хвоста.
— А я ее официальный опекун и имею то же право, так что прости, но лучше тебе развернуться и уйти отсюда подальше, пока...
Волк замолчал, когда пес, внимательно его осмотрев с лап до головы, подался вперед и оттянул рубашку, на которой остались разводы крови.
Ой-ой...
— Госпожа!
Тут же смекнув что к чему, испугавшийся Беленко оттолкнул полицейского в сторону и ломанулся в комнату. Открывшийся ему разгром с брызгами крови на стенах и на полу, ввел телохранителя в шоковое состояние. Впрочем, тот быстро очнулся от страха и исчез внутри, принявшись носиться и звать Киру.
Девид немного посторонился, ожидая, что рассвирепевшая хуманша сейчас выкинет шавку из своего жилища, обматерив при этом, и сильно удивился, когда этого не произошло. Боязливо заглянув в помещение, он еще больше удивился, не увидев Киру, а только потерянно бегающего среди уничтоженной мебели пса. Открытое нараспашку окно непрозрачно намекнуло куда Верас могла деться за это время.
— Ты! — перестав носиться, как ошпаренная курица, борзой обвиняюще указал пальцем на застывшего на пороге волка. — Что ты с ней сделал, ублюдок?!
— Я? — удивленно поднял бровь Девид.
— Ты весь испачкан ее кровью, — зарычал телохранитель, двинувшись к нему с явным желанием порвать на яичную лапшу, но остановился и снова указал на него лапой, косясь куда-то ему за спину: — И это ты топтался под ее дверью, когда я тебя увидел! Лучше признайся по хорошему, ты напал на хумана?! Где она сейчас?! Отдал чистокровкам?
— Это правда, офицер?
“Вот подстава”, — мысленно простонал зверь, обернувшись к подоспевшим “как раз вовремя” принцам, привлеченным криками.
На их мордах застыл самый натуральный ужас, стоило им только оказаться здесь и услышать, что их драгоценная богиня исчезла. А судя по состоянию ее покоев – возможно даже и мертва.
— Я пристрелю этого предателя! — воскликнул борзой, вынимая пистолет, который всегда носил с собой, и направил его на опешившего волка.
— Стоять! — разом заорали Ральф, Айзек и Девид, вскидывая лапы вверх.
За их спинами раздались множественные щелчки предохранителей – подоспела охрана, которая наставила оружие на телохранителя Войны, посчитав его за угрозу.
— Грызите мою мохнатую задницу, клал я на вас всех своим прибором!!! — выдал заглянувший “на огонек” любопытный Джефф.
“Пиздец!” — проще подумал Девид, с отстраненностью наблюдая за тем, как стремительно развиваются вокруг него события.
— Ни в кого мы стрелять не будем! — скрипнул зубами Айзек, стараясь сохранить голову холодной. — Немедленно все опустили оружие! Объявите тревогу! Вся охрана – осмотрите все поместье и прилегающие территории! Ищите где только возможно, но чтобы хуман или хотя бы ее следы были найдены! Этих двоих, — указал он на Волкаса с Беленко, — под арест до выяснения обстоятельств. Все нарушители и подозрительные личности на территории должны быть задержаны, а в случае оказания сопротивления разрешается открыть огонь на поражение. Все ясно?!
— Так точно, сэр! – хором отрапортовала охрана, выглядя как никогда серьезно.
— Эй! Погодите, а меня за что под арест?! — возмутился Михаил.
Его, как и Девида, заставили опуститься на колени с заложенными за головы лапами, чтобы надеть браслетики.
— Офицеров Хоппс и Уайлда тоже арестовывать? — не обращая на них внимания, спросил у брата Ральф. — Их не было на месте преступления, но раз уж здесь офицер Волкас замешан, то списывать их со счетов не стоит.
— Ты прав, пошли кого-нибудь за ними. Но лис пускай отсыпается, с ним потом поговорят.
— Если ему и здесь память не отбило. Потому что за эти сутки Уайлд явно поменял свою лояльность по отношению к хуману. Так что здесь не все так однозначно...
— Что с камерами? — сменил тему Айзек. — Почему мы не узнали обо всем заранее?
— Не знаю. Может быть, Война снова их взломала? Там какая-то светящаяся хрень на линзе...
— В смысле “снова”? — зарычал правитель на брата. — То есть, она это уже делала?!
— Я, наверное, не вовремя... — как гром среди ясного неба прозвучало чье-то деликатное покашливание, мгновенно переключившее на себя внимание всех паникующих.
Решивший сегодня уже ничему больше не удивляться Девид посмотрел в ту сторону и увидел белоснежно белого дога, сидевшего посреди хаоса на спинке развороченного диванчика как ни в чем не бывало. Одет он был в непримечательную повседневную одежду, из-под которой выглядывали краешки окровавленных бинтов на шее и животе. Незнакомец ничуть не испугался вмиг наставленных на него огнестрелов, неуверенно опустившихся в лапах, когда охрана разглядела в белом пятне (хоть бы одна лампочка работала!) одного из Кёнигов, поэтому сейчас растерянно оглядывались на начальство. Те же молчали, понимая, что данный родственничек им абсолютно не знаком, хотя и знали всю свою Семью поименно.