Они говорили до вечера. Сидели на скамейке под раскидистым деревом. Монашка больше говорила, Астра - слушала. Узнала девочка, что маги рождаются и по сей день. Многие скрываются пока могут, другие - поступают умнее. Идут в церковь. Жизнь не заканчивается вместе с обетом. Монашки и послушники, обладающие магией, учатся отдельно, познают себя и свою силу, усмиряя порывы греха в себе. «Наши силы греховны, но мы не виноваты в том, что получили их, - говорила монашка. - Это испытание. Сильные духом смогут выжить и познать себя. Мы больше, чем магия. Я училась прилежно, получила работу в Холме. А мне всего двадцать шесть. Я видела столько всего. Сложные механизмы, прекрасные картины. И всё это - без магии. В юности же я использовала свою магию обворовала склады. До встречи с монашкой, которая направила меня на путь служения». Разум Астры хоть и был не погодам острый, познания в чарах были слишком слабы. Внушение - вещь примерзкая, благо, что работает не долго. В случае же Астры сработала ровно столько, сколько потребовалось, чтобы она сдала себя родителям и городской церкви, попросившись в пансион для юных служительниц бога. Что же было после того, как чары сошли? Астра смирилась. Это был шаг для познания своих способностей и слабая надежда встретить таких же, как она.
Что же на самом деле? В тот день, отпустив юную Астру домой, заполнив разум ребёнка мыслями столь наивными, что сама служительница церкви не могла сдержать усмешку, нерадивая монашка спрыгнула в Яму, разбившись насмерть. Последние слова её были направлены в брюхо парящего города: «Вы забрали жизнь у меня. Думаю, сейчас я впервые поступила правильно. По воле проклятого Бога».
Вторая ночь
Ей хватило двух дней, чтобы присоединиться общему мнению - поганые в тюрьмах повара. Живот ныл от тех помоев, что принесли сегодня. Любимые серёжки она придержала для второй бутылки выпивки, столь необходимой для хоть какого-то подобия сна. Начинало побаливать всё тело, каждый шрам, скрытый чарами. Кажется, многих судили сегодня - стало тише. Или отчаянье всё же захватило умы буйных соседей по клеткам. На губах появилась улыбка. Такое ей не светит. Она никогда особо то и не верила в лучший мир, удачу и спокойную жизнь. Так весь этот город давно бы должен был опустить руки и сдаться мерзкому чувству полного отчаяния. Ан нет, рыпаются. Хватаются и пытаются выплыть из трясины. Глупцы.
Милейший охранник с сальной шуточкой протянул ей пойло. Вечер располагал к продолжению устной летописи жизни.
***
Астра привыкла к свободе. Но никогда не задумывалась об этом. От смелого шага семья её не особо удерживала. Узнав о магических способностях, не изменить своего отношения к дочери смог лишь отец. Он пробубнил что-то про то, что многие живут спокойно и с даром, просто осторожничают. Мать же сразу побежала в город, для оформления дочери в церкви. С тех пор общение у них и не ладилось. Если бы не отец, Астра вряд ли бы посещала родную ферму позже.
Пансион оказался ужасен. Не так, чтобы вопить от ужаса, но от скуки - это да. Нашла ли она там друзей? О, это отдельная история. Все девочки кичились своими страданиями: одна сожгла свою семью в восемь, вторая - уронила здание школы в десять. Каждая плаксивая история заканчивалась трогательными объятиями в послеотбойное время и фразами из серии: «Теперь ты не одна». Астра сразу же поняла здешние правила: чем сильнее твоя сила, тем больше у тебя друзей. Отсюда и росла причина полного игнорирования её одноклассницами. Она не додумалась соврать и сочинить трогательную историю. Что же, сама виновата. Обучение в пансионе было отменным: науки, искусства, религия. Последнему отдавалась большая часть времени. Прививалась ненависть к магии. Ничего нового. Только теперь Астру ещё и наизусть заставляли учить священные тексты и молитвы.
Пансион был расположен в глуши. Здание его было богато, а двор - огромен. Почему столь много денег вкладывали в развитие данного заведения, Астра поняла с возрастом. Монашки Искупления Последнего Греха были весьма редки. Им не могли дать высокий сан, так как в них было семя зла. Тех, что пострашнее отправляли к послушникам в поддержку. Мужчины-маги в церкви занимались отловом чародеев и имели многие послабления в требованиях к ним. Оказалось, что любой знатный человек считает честью держать подле себя одну из монашек Искупления. Для содержания столь опасной прислуги необходимо было выложить кругленькую сумму. А если девушка ещё была и хорошенькой - приплатить самой церкви. Поэтому пансион щедро спонсировали как сама церковь, так и многие добродетели. Больно ли узнавать юной деве, что пришла сюда по желанию служить на благо Всевышнего - весьма. Астра, взращённая, отчасти, торговками с рынка, никогда особо не рдела за чистоту души и помыслов. Прибытие её сюда в один момент стало для неё поступком весьма нелогичным. Позже она поняла, что монашка, встреченная на смотровой зоне, просто околдовала её. «Мерзкая сука» - юная Астра припоминала женщину каждый раз, когда сбивалась с текста молитвы и получала нагоняй от учителей. Её не просто так отправили именно в этот пансион. Что ни скажи, личико у неё было отменным. Сама по себе хрупкая, глаза цвета зелени подкупали многих. В шестнадцать лет Астра смотрела на себя в зеркало с явной гордостью. Она хрупка, невинна на лицо и обладала сладким голосом, от звука которого многие её одноклассницы испытывали зависть. К тому же проблем с контролем магии Астра не испытывала вовсе. Оставалось только дожить до своего восемнадцатилетние. Девушка была уверена, что не пропадёт после окончания обучения.