— Привет, Алиса. Привет, Ульяна. Вы поможете мне?
— Мы здесь именно для этого, — кивнула Алиса, — прекрати стучаться в этот барьер. Ни мне, ни тебе не под силу его разрушить.
— Я знаю, — тихо ответила она, — но не могу просто сидеть. Мысли постоянно лезут мне в голову.
— Блуд жив, Алина, с ним все хорошо.
— Ты думаешь, я не знаю? — усмехнулась она. — Мне кажется я показала свое отношение, когда спалила ему половину лица. Чертов неблагодарный ублюдок, я устала с ним возиться. Всю жизнь я слушаю его нытье. Что бы не случилось, он хочет показать, что он круче. Я уже давно сделала шаг назад, но ему все мало.
— Ты сразу поняла, что он жив?
— Конечно, тот глаз страха был поврежден. Я видела все, и живого Блуда, тыкающего в лицо мне этой штукой, и мертвого. А ведь я не раз говорила ему, что мне неприятно подобное. Я просила его не шутить, не притворяться мертвым, и по возможности не умирать на самом деле. Вот только ему как и раньше плевать на мои просьбы. Он знал, что я увижу и все равно сделал это, — она вновь ударила по барьеру вокруг ядра. — Если бы я только схватила его и Ульяну, все бы прошло куда спокойнее. Ты бы посмотрела мой сюрприз, а когда вернулась бы, мы бы отыграли перед учениками сценку, как ты меня побеждаешь, — Алина устало улыбнулась, — тогда все бы узнали, какая ты и больше не издевались бы над тобой.
— Но зачем тебе делать это все для меня?
— Потому что ты этого достойна? — пожала плечами Алина. — И достойна куда больше, чем мой брат, ради которого я старалась всю свою жизнь.
— Он вспомнил, кто на самом деле убил вашу мать.
— Ему еще о-о-очень многое нужно будет вспомнить, — она невидящим взглядом смотрела на ядро. — Видишь ли его мозг как будто знает, как защитить самого себя, и каждое его жестокое действие заключает в скорлупку, — она сложила обе ладони в лодочки и свела вместе, — я за всю жизнь даже комара не прихлопнула, зато он был рад наделить мой образ своими деяниями.
— Почему ты до сих пор не пыталась ему все объяснить?
— Мне не было от этого обидно или стыдно, но вот ему эти воспоминания явно приносили настолько большой дискомфорт, что он так тщательно отторгал их от себя. Мне было не трудно тащить его мертвый груз. Но чтобы продолжать это делать, мне придется остаться подле него навсегда. Но познакомившись с вами я решила, что больше не хочу все время быть рядом с ним. Каждый раз подтирать ему сопли, пытаясь заменить нашу недалекую мамашу — очень утомительно…
— Ты знаешь, что это не последний Ковен, с сущностями в которых нам нужно разобраться? — улыбнулась ей Алиса. — А ты, судя по разрухе, окончила эту школу экстерном. Не хочешь продолжить приключения со мной?
Алина восторженно и тепло улыбнулась:
— Что будем делать с голосом в голове? Бубнеж Фей меня уже достал. Я сделаю все, что угодно, чтобы он затих.
— Это легко, — сказала Алиса, — Ты должна покинуть остров.
— Я впаду в лихорадку, из которой не смогу выйти? — огорченно спросила девушка. — Может, мне лучше дождаться твоей победы над Морриган тут.
— Морриган не появится, пока мы не изгоним из тебя Фей. Она ее неотъемлемая часть. Но, поверь мне, я вытащу тебя оттуда, — Алиса протянула ей руку, помогая встать.
— Я тебе верю, — кивнула Алина, принимая ее руку. — Это не просто слова, серьезно, я знала, что ты выйдешь из Тир на Ног, но что у тебя получится вытащить оттуда Герберу… Думаю, тебе под силу разобраться с лихорадкой.
— Тебе нечего бояться, воспринимай это как заслуженные каникулы.
Алина сама подошла к краю пропасти, где они ждали воздушного змея, который тут же отнесет ее в больницу к Надежде. С ними не было только Блуда, сестра не пожелала его видеть.
— Гринч! — окликнула ее Гербера. — Мы, конечно, подлатаем школу, но что нам делать с этой жуткой красной воронкой?
Она указала на клубящиеся над библиотекой облака, но по взгляду Алины, Алиса сразу поняла, что та видит это впервые.
— Это не я сделала, — покачала головой она, — но до битвы с Морриган еще около трех недель? Думаю, вы разберетесь, как ее залатать.
— Это то, что я больше всего боялась услышать, — поморщилась Гербера.
Когда Алину забрал воздушный змей, Виктор подошел ближе к дрожащей от холода Алисе:
— Гербера постаралась объяснить мне, что именно я делаю не так. Но все же хочу поинтересоваться, мне на самом деле есть, на что надеяться?
— Ха, у тебя явно больше шансов, чем у Блуда.
— О, значит значение хотя бы не отрицательное.
— Зачем ты притворился, что ничего не достиг в изучении лихорадки?
— Я знал, как сыграть на твоем эго, потому что оно очень сильно походило на мое, — ухмыльнулся Виктор. — Было бы глупо с моей стороны просто поссориться с тобой, когда все годы до этого я мечтал с тобой познакомиться.