Алисе не удалось понять, сколько времени она провела в своем чудесном сне, где, исключая партию в карты с Морриган, ей впервые за последние три месяца никак не нужно было влиять на происходящие события. Все, чем она занималась — ела, спала и принимала ванны. Жаль, но чтение в этом мире ей было недоступно — строчки в книгах смешивались и прыгали друг на друга. Но это было и не нужно, когда за окном у нее в руках была целая вселенная. Морриган показывала ей сюжеты различных кельтских мифов и рассказывала удивительные истории о тех своих избранных, кому посчастливилось не сойти с ума и все же остаться людьми. Не все гении Империи были обязаны своими идеями богам, но те, кто становились избранными, не могли не прослыть гениями.
Алиса очнулась в реальном мире с налетом грусти в душе, которая, впрочем, улетучилась в тот же миг, как она увидела Виктора:
— Сколько меня не было в этот раз? — улыбнулась она.
— Три недели, — касаясь лбом ее лба, ответил парень.
— Прошу, скажи мне, что вы разобрались с ядром. Пусть мой сон и был похож на негу, но я совсем не хочу прямо сейчас выходить на борьбу с древним божественным артефактом.
— Я им так и сказал, — фыркнул возникший в проеме комнаты Блуд, — ты просто сбежала от ответственности.
— И имела на это полное право, — ухмыльнулась у его плеча Ульяна, — наше будущее слишком долго давило на ее хрупкие плечи.
— И продолжало давить и там. Мне очень жаль, но я проиграла Субботу в карты. Потому вряд ли она смогла вам помочь.
— Так и есть, — сощурившись сказал Блуд, — она впала в лихорадку буквально вместе с тобой. Но что значит — ты проиграла ее в карты?
— Долгая история. — Алиса вновь закрыла глаза, планируя оставить своих друзей еще на некоторое время.
Длительное пребывание в лихорадке измотало ее, и она как никогда хотела спать. Суббота пришла в себя не сильно позже нее и принялась в красках описывать Виктору, что видела в своем бреду, пусть даже он и слушал ее лишь вполуха. Гербера, по словам Блуда, совсем растерялась, когда Алиса впала в лихорадку. А потому командование операцией на себя взял именно он, пока остальные истово пытались понять, что теперь им стоит делать. Подумать только, а ведь именно на Герберу Алиса и делала ставку, думая пожертвовать Блудом в карточной игре. Превратности судьбы.
Как только Алиса упала на пол колокольни в припадке, из котла Брана перестал валить алый пар. Виктор заботился о ней, пока ученики методично уничтожали орду безмолвных солдат из окон школы, ведь те наконец перестали воскресать. Еще пару дней ушло на полную зачистку школы. Ульяна вызвалась привести в чувство Герберу. Правда, по словам Виктора, она использовала отлично знакомый им прием — хорошую пощечину, быстро поставившую Герберу на ноги. Все оставшееся время они слой за слоем снимали заклятия с защитного цилиндра ядра. То, что нарушало использование магии учениками подле него — пошло под нож одним из первых, а потому совсем скоро Гербере, имеющей собственное ядро, на помощь пришли и остальные студенты. Все же директриса решила не скрывать от своих помощников своих истинных целей. Понадобился довольно короткий спор, прежде чем все присутствующие приняли, что уничтожение ядра кажется меньшим злом перед ликом грядущего апокалипсиса. Тем более, что среди оставшихся было еще двое потомков урожденных магов, на протяжении семи лет видевших сны о конце Земли.
Ядро погасло и обратилось в пепел, что на удивление не привело к немедленной потере сил немагами. Но все понимали, что неизвестно, сколько отмерено им и тем, кто учился до них, но вот те, кому сейчас четырнадцать, уже точно не смогут пройти обучение в Западном Ковене и овладеть этим отныне недоступным искусством.
— Помяните мое слово, грядет глобальный кризис, — серьезно сказала Мира, родители которой были политиками, — даже если все, кто тут находятся, будут держать рот на замке, пройдет совсем немного времени до того, как школа откажет в приеме первому ученику, которому исполнилось пятнадцать. Пусть сначала сюда будут посылать лишь урожденных из страха перед этим местом, то совсем скоро сильные мира сего поймут, что школа разрушена и объявят на вас охоту.
— Да, — согласилась Алиса, — нам стоит двигаться на юг уже сейчас, но я не могу не вернуться домой хотя бы на день. Моему отцу стоит знать, к чему стоит готовиться и простым письмом мне никак не отделаться, — она отвела взгляд и как бы невзначай добавила. — И еще, я хочу познакомить его с Виктором, снова.
— То есть, я как всегда сброшена со счетов? — недовольно пробурчала Гербера.
— Нет, в отличие от Виктора, у тебя есть выбор, знакомиться с моей семьей или нет, — ухмыльнулась Алиса.