— И она имеет полное право на передачу этой информации третьим лицам, ведь это ее открытие.
— Но не моим прямым конкурентам!
Алиса окончательно запуталась. Когда это она передавала информацию конкурентам Герберы? Ах, да, не она, Алина. Значит, их конфронтация с главным врачом лечебницы не преувеличение.
— Я не далее как вчера перехватила письмо, адресованное конкретно ей. Но чертов андроид научилась настраивать своего мотылька так, что он не сообщает информацию никому, кроме адресата.
— Ну так и отдай его адресату, — пожал плечами Виктор, — тебе ведь от него ни горячо, ни холодно.
— Почему ты так поступаешь со мной?!
— Потому что мы уже три года бьемся над загадкой лихорадки. И насколько я помню, изначально это ты ругалась с дедом из-за его консерватизма в отношении спасения жизней заболевших и говорила ему, что готова на все, чтобы им помочь. Итак, Алиса сделала прорыв. Этот прорыв заметили в лечебнице, а ты знаешь, что они уже давно утверждают, что источник лихорадки в Ковене. Сейчас мы наконец приблизились к разгадке, и теперь ты, а не твой дед, ставишь палки в колеса дальнейшим исследованиям только из-за своей алчности.
— Я делаю это потому, что чертовы механические дуры без тени сострадания не должны обладать столь важным знанием. Что если они захотят использовать их как рычаг давления на нас? Ведь в лечебнице куда больше урожденных магов, чем простаков.
Где-то такую аргументацию Алиса уже слышала, только она была повернута совсем иной стороной. Алина так же подчеркивала, что автоматоны не испытывают эмоций и именно поэтому и должны распоряжаться знаниями. А вот излишне эмоциональные и обидчивые урожденные маги могут использовать преимущество для лоббирования собственных интересов. "Вся эта борьба — чертов дурдом, в которой две стороны не спешат организовать переговоры", — подумала Алиса и сделала мысленную заметку о том, чтобы в будущем избегать подобных глупостей.
— У меня есть предложение, — сказала Алиса, — отдайте мне письмо. Но я проиграю его прямо здесь, перед вами. Чтобы впредь не допустить недомолвок. В конце концов, сейчас на кону моя жизнь, и думается мне, что простой лихорадкой я не отделаюсь.
Гербера бросила на Виктора взгляд, полный презрения, прошла к своему столу и вытащила из запертого ящика металлического мотылька с тонкими резными крыльями. Она без предупреждения перебросила его Алисе. Девушка в который раз подметила ее ужасную эмоциональную несдержанность. Было ли это особенностью всех урожденных магов, из-за близости к мане, или это была особая черта именно Герберы, она решила уточнить у Виктора позже. Мотылек ожил в руке Алисы и заговорил незнакомым голосом:
— Здравствуй, Алиса, я хочу предупредить тебя, что информация, которую ты услышишь, предназначена лишь для тебя, если ты готова ее прослушать, скажи "Поехали".
Алиса с вызовом посмотрела на Герберу и сказала:
— Поехали.
На ее руке раскрылась голограмма незнакомой ей девушки с кипельно-белыми волосами и странными черными глазами. Ее движения выглядели неестественно, словно она не совершала ни одного лишнего моргания или дрожания руки.
"Здравствуй, Алиса Панфилова, меня зовут Надежда, и я являюсь главным врачом в лечебнице для пострадавших от магической лихорадки. До меня дошли сведения, что благодаря некоторым твоим действиям, удалось уменьшить срок длительности течения заболевания. Нас это очень заинтересовало. Так уж получилось, что мы не ладим с руководством Ковенов и не можем передавать друг другу важные открытия. Но мы полностью уверены, что причина магической лихорадки находится прямо в Ковене. Случаев, в которых человек бы приходил в себя в лечебнице, мы не наблюдали. Нам известно, что при переносе тела пострадавшего из зоны влияния Ковена, организм непременно впадает в состояние кататонии, схожее с шизофреническим, несмотря на то, что первые симптомы болезни похожи на эпилепсию, переходящую в гриппоподобный синдром. Ты, дочь великого ученого, работающего на благо человечества, и мы просим тебя помочь нам в поиске способа исцеления пациентов. Директриса Гербера несомненно помешает тебе связаться со мной, но этот мотылек особенный. Через него ты без труда можешь отправлять мне сообщения моментального характера, которые будут приходить ко мне без необходимости отправлять его в полет. Если он будет слишком часто мелькать, то его обязательно перехватят. Жду твоего любого ответа. Если я его не получу, буду считать, что мотылек был перехвачен и не достиг тебя".
— Не ладим… — передразнила Гербера.
— Да, это не назовешь взаимовыгодным сотрудничеством, — подтвердила Алиса, — но в чем проблема? Что вы и эта странная сударыня, обозначающая себя то "я", то "мы" не поделили?