Сначала ей показалось, что возле ядра никого нет, но постепенно ее глаза привыкли к темноте, и она увидела Блуда, стоящего к ней спиной совсем близко к сгустку маны под стеклом.
— Вот скажи, ты совсем идиотка? — устало обратился к ней Блуд. — Зачем ты вообще пришла сюда?
— Твоя сестра поставила мне ультиматум.
— М-м-м, — отозвался Блуд, — сначала она подослала ко мне свою пешку, а теперь решила сходить ферзем.
Он повернулся к Алисе лицом. Свет его глазах мерцал, словно Блуд еще пытался бороться с тем, что вырастало внутри него.
— Не строй из себя святую невинность. Что ты сказал Ульяне о том дне?
— А чего ты ожидала? Что я мило поболтаю с ней о произошедшем? — скривился парень, будто каждое слово причиняло ему боль. — С чего бы? Стоило мне сказать сестре о разговоре с Виктором — она подослала ко мне свою марионетку. Меньше болтаешь — целее будешь.
— А мне ты сказал, что не говорил с ним.
— Ну говорил, и что с того? Что это меняет? Он не похож на того, кого легко запугать, как бы я не пытался. Когда я очнулся от лихорадки, вломил ему со всей силы, а он даже не пошатнулся. Но помимо этого… Вот что в нем такого, чего нет во мне?
— Не вижу смысла обсуждать Виктора именно сейчас, — попыталась уйти от вопроса Алиса, — у меня с ним… иной тип отношений.
— Это такой, который предполагает насильственное лишение тебя возможности двигаться? — Алиса сглотнула, Блуд не мог знать, что Виктор оставил ей синяки. — Если в этом и вся разница…
Его глаза загорелись словно две полные луны. Блуд сделал резкий рывок в ее сторону и прижал к холодной стене. В его руках, покрывающихся мехом, было столько силы, что Алиса не могла пошевелиться. Он насильно поцеловал ее, но она вывернулась и в ответ прокусила ему губу. Он сплюнул кровь и злобно уставился на нее, его черты уже напоминали волчьи:
— О, извини, слишком слабо для тебя?
Парень наотмашь ударил ее по лицу, и Алиса упала на пол. Ее скула неприятно горела и саднила. Она попыталась встать и отползти, но Блуд грубо придавил ее к земле. Она взвыла от боли, и он с натянутой улыбкой навис над ней:
— Чем больше ты сопротивляешься, тем меньше у тебя шансов уйти отсюда на своих двоих, — сухо сказал он, поднимая ее от земли за волосы и нанося еще один удар по ее лицу, но уже кулаком.
Алиса перевернулась на спину, всхлипнула и замерла, прикрыв кровоточащий нос руками, сквозь слезы глядя на темный каменный потолок. У нее не было возможности физически побороть его. Магия в этом месте не работала. На что она может надеяться теперь? В этот раз Морриган показала ей, насколько опасной бывает любовь. Хотя, по мнению Алисы, это было очень далеко от понятия любви. И через все это она заставляет ее пройти ради вверения ей якобы опаснейшего и ценнейшего из знаний. Когда все кончится, захочет ли Алиса держать этот дар у сердца или предпочтет ввергнуть мир в агонию? Кажется, выбор очевиден. Но всего этого не случилось бы, если бы не влияние богини войны. В панике она попыталась надавить на него, вспоминая слова его сестры о дрессировке:
— Ты настолько слабый кусок дерьма, Блуд, что Немайн подчинила тебя себе так легко? — злобно ответила она, смерив его высокомерным взглядом.
— Что ты сказала? — со смехом переспросил он.
— Что слышал. Большего чмошника еще нужно поискать. Хочешь знать, чем Виктор лучше тебя? Он мужик не только по хромосомному составу.
— Забавная ты дура, — его голос словно развалился на два.
Отдаленно Алиса слышала женский тембр, слово в слово повторяющий за ним:
— В момент, когда к тебе применяют насилие ты решила добиться своего таким же насилием? Продолжай, нам это нравится.
У нее заканчивались идеи и мутнело сознание. Как же ей пробиться сквозь ее влияние, что на самом деле может задеть Блуда там, далеко внутри? Все это время Алина была не права, нельзя вечно влиять на человека одним лишь страхом. Кусая губы до крови, Алиса наконец дала волю слезам:
— Прости, Блуд, я не знаю, как тебе помочь. Я слабая, мне страшно, я хочу, чтобы это закончилось.
Он резко схватился за голову, как будто ее пронзила острая боль.
— Нет-нет, — слышала Алиса его тихий шепот.
— Блуд! Блуд, очнись, не дай ей себя сломать! — взмолилась она беря его лицо в руки, касаясь лбом его лба. — Ты никогда не отыгрывал хорошего парня, ты такой и есть, и это самое лучшее и ценное, что может быть!
Блуд яростно сопротивлялся чему-то внутри себя, как вдруг его тело сковала боль. Он поднялся на дрожащих ногах, отошел в сторону и обильно стошнил шерстью на пол возле себя. Алиса сначала не могла сообразить, что ей стоит делать, но видя, что без ее участия битва Блуда с Немайн не получает развития, подошла поближе. Она гладила его по спине и говорила любые ласковые слова, которые сейчас лезли ей в голову. В них не было никакого скрытого смысла. Сейчас Алиса ощущала лишь пустоту, молясь, чтобы Немайн не уловила в ее речи фальши и не использовала это, чтобы вновь подчинить Блуда.