- Костя… Ты вспомнил?.. – она почти шепчет, потому что никак не может понять, почему он говорит с ней тоном, полным безразличия.
- Да. Уже давно.
Она молчит и смотрит на него, чуть разомкнув губы, потому что слова от шока застряли где-то в горле. И он видит это, видит, что она потрясена от этой новости. Смотрит в любимое некогда лицо, смотрит, как высоко вздымается её грудь под тонкой тканью платья. И теперь решает окончательно выбить ей почву из-под ног.
- На самом деле, я рад, что ты вышла замуж. Все эти игры в отношения тогда слишком затянулись. А мне… - он ухмыльнулся. – Скажем так, не сильно-то и хотелось от них отказываться... Но теперь у меня есть семья, так что, прошлое уже не имеет никакого значения.
Она не верила. Смотрела в его отрешённое лицо и не верила ни единому слову, потому что… мужчина, что стоял напротив, когда-то был готов бросить целый мир к её ногам…
- Не имеет?..
- Слушай, скажу тебе это в первый и последний раз. Мы оба развлекались, и это было интересно, но Мила теперь моя жена, и мы ждём ребёнка, поэтому… Я больше не хочу об этом вспоминать. И ты должна делать тоже самое.
Он не просил, он приказывал. А тон его говорил лишь о том, что он не потерпит возражений. Полина смогла только ухмыльнуться, чувствуя, как по щеке предательски сбежала слеза.
- Значит, ты счастлив с ней? – она резко повернулась, ожидая ответа. И только сейчас смогла увидеть такое ярое презрение в его глазах. Но Костя не мог больше сдерживать себя. Это оказалось выше его сил.
- Да. И надеюсь, это наш последний разговор.
- Конечно. – жёстко ответила она. - Я тоже.
Ненависть переполняла её. Она не могла ответить иначе. Потому что такая сволочь просто не достойна называть себя отцом её детей!
Она разворачивается и уходит. Уносит с собой последние воспоминания о них, последнюю надежду на то, что бы быть вместе. И оставляет его наедине с самим собой, с полыхающими злобой глазами и желанием кого-нибудь прибить.
Оставшийся шлейф её духов, забивает лёгкие, и он замечает, как начинают трястись руки. Сумасшествие, но он не хочет отпускать её, от чего ещё сильнее начинает себя ненавидеть. И уже через минуту, не выдержав, срывается с места, проходит по залу, и ищет глазами её силуэт. Ему нужно уехать, забыться, выплеснуть эмоции наружу, но перед этим он хочет взглянуть на неё в последний раз. Он и сам не может понять зачем. Может убедиться, что задел её, что ей не всё равно? Или зачем ещё ему искать эту женщину среди толпы?!..
Но он не может её найти. Сверлит глазами всех присутствующих, но натыкается взглядом только на её муженька, который, так же, как и он, бегает глазами по залу и безрезультатно пытается кому-то позвонить.
Но Егор замечает спину Воронова слишком поздно, когда тот уже выходит из зала. Он ясно понимает, что что-то пошло не так. И только когда Полина, наконец-то, присылает сообщение, он немного успокаивается, и тяжело вздыхает, зная, что не может сейчас вмешаться в её жизнь…
«Я уехала. Прости. Потом поговорим.»
Она быстро садится в такси и едет в противоположную сторону, разминувшись с Вороновым на парковке. Просит водителя ускориться, что бы поскорей попасть в отель… Но вскоре у неё не остаётся сил терпеть, и она просит высадить её на мостовой. Прохладный ветер сразу окутывает тело, и она хватается за перила, набрав, как можно больше воздуха. По горящим щекам слетают слёзы. И рыдания вырываются из её рта, наполняя внутренности желчью. Она уже не может остановиться, воспоминания пролетают, словно сон перед глазами, и она рыдает ещё сильней, пытаясь вытолкнуть всю боль, что застряла где-то глубоко внутри.
Но Костя не знает, что с ней, и где она сейчас. Ему кажется, что она не может от этого страдать, и её слёзы только напускное, просто от обиды, не более того. Она ведь слишком гордая. Всегда такой была. И от этих мыслей его ещё сильней накрывает ярость, от которой он влетает в свою квартиру и начинает громить всё, что попадает ему под руку. Новая обслуга выбегает из комнаты на шум. Женщина, которой чуть за тридцать испуганно смотрит на него и словами пытается остановить, но он не хочет её слушать. Только ревёт от боли на весь дом.