- Понятно… - она отодвинулась от меня, высвобождаясь из объятий. – Тогда, ты можешь сюда не приходить. Я всё равно не пущу тебя к нему. – она сказала это так устало, будто ей надоела эта пустая болтовня. А я опешил от такого заявления.
- Не глупи. Он пробудет в больнице ещё пару дней максимум. И я всё равно с ним встречусь. Нравится тебе это или нет.
- Посмотрим.
Бросила она и стала быстро удаляться по коридору. Я покачал головой. Ясно, что она напугана и совершает все эти глупые поступки лишь от безысходности. Поэтому я готов подождать несколько дней, пока она не успокоится, а потом я всё расскажу Косте. За него можно было не переживать. Мила вряд ли ему навредит, побоится, к тому же она слишком сильно его любит.
Спустя ещё час мне позвонил его отец. Юрий Александрович, как обычно, был не в духе.
- Пусть Мила и совершает какие-то глупые поступки, но я очень надеюсь на твоё понимание, Никита. – сказал он, своим до безобразия официальным тоном, словно общался с аристократами на чёртовом балу. – Костя сейчас болен, к тому же потеря памяти сильно выбила его из колеи. Так что я очень прошу тебя пока его не трогать. Не нагружать проблемами, которые могли бы подорвать его здоровье. В конце-концов ему просто нужно время.
- Конечно. Без проблем. – я нахмурился. Отец Кости не из тех родителей, которые просто переживают за своих детей. Ему важна лишь выгода, которую они могут принести. И сейчас, когда до свадьбы осталось всего-ничего, он, похоже, особенно переживает. Боится, чтобы кто-нибудь ещё не наломал дров. И я сразу решил предупредить об этом Полину.
Глава 18
Полина
После ухода Никиты я собралась идти в больницу, но передумала в последний момент. Мне стало так плохо, что пришлось проваляться в постели несколько часов… Лера была права. Мне срочно нужно к врачу. Но это всё нервы, я уверена. Уверена, ведь до этого не было никаких причин для беспокойства…
Накинув платье и пальто, я всё же поехала в клинику. Боль на время отступила, но внутри у меня всё стянуло в узел от предстоящей встречи. Он и правда ничего не помнит?.. С горечью подумала я. От этих скверных мыслей к горлу мгновенно подступила тошнота. Я слишком его любила. Слишком сильно, что бы так просто отпустить. И я раз за разом корила себя за то, что так легко смогла поверить Миле. Хотя, надо признать, она мастерски сыграла в тот вечер. Но даже не смотря на это, меня должно было насторожить, как крепко он тогда спал. Обычно ведь любой шорох мог привлечь его внимание. Даже посреди ночи, когда он оставался у меня в квартире, он просыпался от еле слышного кашля тёти Маши с пятого этажа. Старушке было восемьдесят семь и она курила, как паровоз. Из-за частого кашля Костя прозвал её Дед Кашлюн, так как внешне она скорее напоминала мужчину, а не женщину. Её почти не было слышно, но он всё равно подолгу ворочался и не мог уснуть, а тут… Я просто была не в себе, что бы подумать о таком. А теперь, когда слова Никиты полностью развеяли мои сомнения, я поклялась себе, что в следующий раз обязательно ему поверю. Какой бы ужасной не оказалась эта правда.
Приехав в клинику, я стала быстро подниматься по лестнице на второй этаж. Не стала дожидаться медленно ползущего лифта. Я пробегала номера палат, которые казались бесконечными. Тринадцатая, четырнадцатая, пятнадцатая, шестнадцатая… И я притормозила всего в нескольких метрах от семнадцатой, когда услышала знакомый голос Милы… Она стояла перед лестничным пролётом, который разделял палаты, и я припала спиной к стене, потерянно наблюдая за тем, как её обнял Никита, и нежно поглаживал по голове. Я нахмурилась, совершенно не понимая, что происходит между эти двумя. Он говорил, что жалеет её, а теперь ещё и это… Очень странно…
Я посмотрела в сторону нужной мне палаты. Увидела двух крупных охранников, и не долго думая, решила спуститься вниз и дождаться, пока Мила не уедет домой. Она ни за что пустит меня к Косте, а без неё будет хоть какой-то шанс туда попасть…
Спустя пару часов она прошла мимо, совершенно не обратив внимания на меня, сидящую в холле. Я дождалась, когда она выйдет на улицу, и только тогда поспешила подняться.
- Я в туалет. – сказал один громила другому и скрылся за дверью, что была неподалёку.
В тот момент я подошла к двери, намереваясь войти в палату, но мужчина, как и ожидалось, преградил мне путь.
- Сюда нельзя.
- Я секретарь Константина Юрьевича. Мне сказали прийти.