Джейсон сел, ощупывая руками пространство вокруг себя. Стены были влажными, покрытыми чем-то скользким. Пол - неровным каменным. Где-то вдалеке капала вода, и этот звук отдавался в голове болезненным эхом.
Он был в подвале. В том самом подвале, где нашел Эмму. Но не как спаситель, пришедший освободить сестру, а как еще одна жертва.
Воспоминания хлынули потоком, размывая последние остатки прекрасной иллюзии. Он помнил теперь, как все было на самом деле.
Он действительно нашел дом на окраине города. Действительно спустился в подвал, следуя анонимному звонку. Но там его ждала ловушка. Роберт Кларк, похититель Эммы, не был одиночкой. Он был частью чего-то большего, более ужасного.
Джейсон помнил, как увидел Эмму - не живую, исцеляющуюся девушку из своих грез, а... то, что от нее осталось. Кларк держал ее в плену не десять лет. Он держал ее до самого конца, пока она не умерла от истощения и болезней. А то, что сидело в клетке, было лишь тенью его сестры, призраком, который существовал только в его воспаленном сознании.
И когда Джейсон бросился к клетке, пытаясь освободить то, чего уже не существовало, сзади раздался смех. Кларк не был один. С ним были другие - мужчины и женщины в темных одеждах, их лица скрыты под капюшонами.
- Добро пожаловать в семью, - сказал один из них голосом, который Джейсон теперь узнавал. Голосом Дэмиена, того самого существа, которое в его галлюцинациях притворялось Архонтом.
Они набросились на него, и последнее, что он помнил - удар чем-то тяжелым по голове и падение во тьму.
Джейсон понял, что находится в плену уже несколько месяцев. Все это время его разум создавал альтернативную реальность, где он был пациентом больницы, где его лечили добрые врачи, где Эмма была жива и выздоравливала. Но на самом деле он был узником культа, который поклонялся силам, старшим человеческого понимания.
Звук шагов заставил его замереть. Кто-то спускался по каменным ступеням, и каждый шаг отдавался в подвале как удар погребального колокола.
- Наконец-то проснулся, - раздался знакомый голос.
В проеме появилась фигура с факелом в руке. Это была Рейвен, но не та Рейвен из его видений - измененная, смягченная пониманием и терапией. Это была настоящая Рейвен. Жрица культа, которая была назначена его "куратором".
Она выглядела точно так же, как в первых галлюцинациях - иссиня-черные волосы, глаза цвета штормового неба, улыбка, которая обещала одновременно удовольствие и боль. Но теперь Джейсон знал, что она реальна. Ужасающе, неотвратимо реальна.
- Какой прекрасный сон ты видел, - сказала она, подходя ближе. - Мы наблюдали за ним через специальные приборы. Выздоровление, терапия, примирение с темной стороной. Как трогательно.
Джейсон попытался встать, но ноги не слушались. Что-то было не так с его телом - мышцы атрофировались от долгого бездействия.
- Сколько времени? - хрипло спросил он.
- Восемь месяцев, - ответила Рейвен. - Восемь месяцев ты лежал в коме, подключенный к нашим машинам. Мы кормили тебя через трубки, поддерживали жизнедеятельность, изучали твои сны.
Она присела рядом с ним, и от нее исходил запах - не духов, а чего-то более древнего. Запах крови, ладана и тления.
- Знаешь, что самое интересное в твоих грезах? - продолжала она. - То, как отчаянно твой разум цеплялся за надежду. Даже создав меня как символ отчаяния, он нашел способ превратить меня в союзника.
Рейвен рассмеялась, и смех ее эхом отозвался в подвале.
- Но сны закончились, Джейсон. Пора встретиться с реальностью.
Рейвен помогла ему встать, поддерживая под руку. Ноги Джейсона едва держали его, но он заставил себя идти. Она повела его по длинному коридору, освещенному факелами в металлических кронштейнах.
Стены коридора были покрыты странными символами, которые болезненно воздействовали на глаза. Не те символы из его галлюцинаций, которые были порождением больного воображения. Эти были настоящими - древними знаками, вырезанными в камне тысячи лет назад.
- Что это за место? - спросил Джейсон.
- Святилище Первородной Тьмы, - ответила Рейвен с гордостью. - Одно из старейших на континенте. Здесь поклонялись Темным Богам еще до прихода христианства.
Они дошли до массивной двери, украшенной барельефами, изображающими сцены, которые лучше было не рассматривать слишком внимательно. Рейвен положила руку на дверь, и та открылась сама собой.
За дверью был огромный зал с каменными колоннами, уходящими в темноту. В центре зала находился алтарь - не христианский алтарь из его детских воспоминаний, а что-то более древнее и зловещее. Черный камень, покрытый пятнами, которые могли быть ржавчиной, а могли быть и чем-то другим.