— Дайте наркоз! — шипит Антон, он продолжает бороться с Эстер, и его лицо уже начинает приобретать багровый оттенок.
Не теряя зря времени, бью рукоятью пистолета ей в висок, вырубая Хусо.
— Уф, — потирает он шею.
От крепкой хватки на коже остались красные отметины. Мира толкает безжизненное тело Эстер ногой. Отряхиваясь, поднимается с пола, откидывая белокурые волосы назад.
Митяй подпирает своим плечом косяк, скрестив в лодыжках ноги, и интересуется у Миры:
— Не сдохла? — спрашивает он с полным набитым ртом чипсов, которые уже успел найти на кухне.
Мы одновременно стонем в потолок с ребятами, офигевая от расстановки его приоритетов.
Вытираем с пола кровь и убираем за собой беспорядок. Мира протирает на всякий случай ручки и косяки дверей от наших пальчиков. Мы пока пакуем арсенал снайперши. Заворачиваем в шторы и одеяло тело нашей подопечной. Спускаемся вниз на лифте и оставляем чаевые на ресепшене за беспокойство и немного за ущерб хозяевам квартирки. За анонимность и удаление с камер нашего визита платим отдельно.
— Расклад такой, — скидывает в багажник связанную Эстер Кабан. — Мы с Митяем отвозим ее, а вы возвращайтесь, — усталым голосом говорит он, выбирая со лба пот.
— Хорошо свяжите ее, — кидаю на заднее сиденье сумку с ее вещами. — Чтоб не ушла!
— Можно я себе оставлю это? — Мира завернула в мусорный пакет винтовку Эстер и сейчас заботливо прижимает ее к сердцу.
— Э! Я вообще-то тоже хотел ее себе забрать, — встревает опомнившийся Митяй.
— Ой, тебе даже водный пистолет доверить-то страшно, — махнул раздраженно на него Кабан. И захлопнул дверь багажника так, что с машины посыпался свежий пушистый снег.
— Да, — поддерживаю я Кабана. — Особенно после событий в квартире.
— Ну не! А че я-то сразу? — удивляется он, вскидывая руки, и идет за нами.
— Значит, решено, — Мира заботливо кладет под сиденье сверток. — Кабанчик, милый, — поглаживает она руку Антона. — Проследи, пожалуйста! — И косится в сторону Димы.
Кажется, мы как раз вовремя… В коридоре ресторана слышна любимая песня наших отцов.
— А скрипач наигрывал на скрипке… — поем мы с Мирой, радуясь очередному нашему успеху. Поспешно переодеваемся в платья. Благодарим находящихся в прострации официантов, возвращая им униформу. Павел все так и лежит. Спит сном младенца.
Какой же чудесный вечер.
Здравствуйте, друзья мои! Как вам впечатление от главных героев?
Мне будет очень приятно, если вы будете делиться своими оценками по поводу моего романа в комментариях.
Глава 50.
Софья
Мира переодевается быстрее меня, и я говорю ей не ждать. От отсутствия какой-либо физической нагрузки меня все еще мучает отдышка. Мы с Мирой достаточно быстро бежали до ресторана на своих двоих.
— Ну, я пошла, — размазывает губами помаду подруга и приглаживает свои длинные прямые волосы.
— Ага, — без сил снимаю с ног обувь официанта и кидаю ему под ноги.
Прости. Но сил совсем нет.
Ее брюнет уже поспешно натягивает брюки и хватается за рубашку, продолжая поглядывать на нас исподлобья. А мой блондин терпеливо ждёт. Мира выходит из кладовой, и я закрываю за ней дверь. Устало вздыхаю, оборачиваюсь, прислоняюсь к двери и сползаю медленно вниз.
— Вы уж простите, парни, — принимаюсь медленно расстегивать пуговицы на рубашке и вручаю ее хозяину. — В прямом смысле был вопрос жизни и смерти, — говорю я им, но в ответ тишина.
Смотрю на них, а у них такие кислые лица.
— Я заплачу, — пытаюсь хоть как-то приподнять им настроение.
Они в ответ только кивнули мне. Ну хоть так. Тем более они действительно нас выручили. Проблем, главное, никаких не доставили. Отсидели тихо и спокойно.
Снимаю брюки и натягиваю на себя платье. Именно натягиваю, ибо сил уже никаких. Боюсь подумать, как я выгляжу внешне. На голове, наверное, гнездо уже готовое для птиц. Вся укладка к черту, психую я. Но тут же успокаиваю себя, глубоко дыша.