Папа поднимается по ступенькам в дом.
— Зефир? — Мэтт равняется со мной.
— Да. Это, понимаешь, такая штука сладкая. Как маршмэллоу. — Объясняю я.
— Я знаю, что значит «Зефир». Я подтянул свой русский.
— За такое короткое время? — Я открываю ему дверь, но Мэтт придерживает ее и пропускает меня вперед.
— Я довольно способный. — Говорит он с акцентом.
Мы проходим в холл. Все уже давно развесили свои вещи и отправились в столовую.
— Красивый дом… — Произносит Мэтт, оглядываясь вокруг.
Я замедляю шаг и оглядываюсь вокруг. Чисто.
— Не вздумай ничего портить. Это дом моих родителей, и они не должны страдать из-за того, что я устроила «маленькую революцию» в твоем особняке, — тыкаю я Мэтта в грудь.
Он опускает взгляд на мой бесцеремонный тычок пальцем, а затем снова смотрит на меня.
— Хочешь об этом поговорить?
— Что? Нет! — отступаю я на шаг назад и пытаюсь уйти.
— Ты говоришь о «маленькой революции» в моем доме? — Ловит меня за локоть Мэтт, притягивая к себе. Я чуть ли не впечатываюсь в его грудь. Ощущаю легкий запах сигарет и мяты.
— Говори тише! — Шикаю на него. — И отпусти меня.
Он отпускает меня, поднимает ладони вверх, и в эту секунду в холле появляется Кабан.
— Софа. — Говорит он, подходя ближе. — Проблемы? — Кивает Антон Мэтту, выпучив свой авторитет, отодвигает от меня его.
— Никаких! — Я беру под руку Антона. Мэтт сужает глаза, и его взгляд темнеет. — Пойдемте к остальным. — Я утягиваю Антона, а Мэтт следует за нами. Не спуская с меня своего недовольного взгляда. Я чувствую его глаза на себе. Он прямо сейчас прожигает меня.
Глава 42.
Софья
Приятно очутиться в домашней, не совсем спокойной обстановке, но всё же домашней. Родные стены возвращают меня в детство. Родители часто собирали большие компании и веселились до утра.
Шикарный стол полон всяких разных вкусностей. Папа сидит во главе стола, как царь. Всё говорит о его власти в этом доме. Сегодня он не стал слишком вычурно одеваться. И сидит в обычной голубой рубашке и черных классических брюках. Неофициальный вид ему придает не застегнутые верхние пуговицы. На шее виднеется тяжелая золотая цепь. Классика для вора в законе.
По маме и не скажешь, что она живет такой опасной жизнью. В школе, скорее всего, обо всем догадываются, но молчат. Она всегда выбирает спокойные цвета. Никакого кричащего красного или синего. Спокойствие. Только оно. Думаю, что она так компенсирует все страшные моменты своей жизни. Ведь в ее жизни так мало аспектов, которые она может контролировать.
Вот и сегодня она в нежно-розовом платье в пол. На лице ни грамма макияжа. Легкие небрежные локоны. Но это только и придает ей элегантности.
— Так на чем специализируется ваша компания? — Спрашивает папа Мэтта.
— Мы занимаемся строительством. Ровно как и вы. — Папа кивает и потирает пальцы между собой.
— Соня, а у тебя же должна быть стажировка? — Внезапно спрашивает отец.
Не успела я обрадоваться тому, что могу спокойно отужинать. Ведь всё внимание обращено на нашего гостя.
— Да. — Я делаю глоток воды. Ведь мясо встало в горле комом.
— А как насчет того, чтобы Соня прошла стажировку у вас? — Папа отпивает свое вино.
— Это прек…
— Ужасная идея! — перебиваю я Мэтта. И папа хмурится, глядя на меня.
— Соня шутит. — Смеется папа, и Мэтт подхватывает его наигранный смех.
Ох, и дорого тебе твой смех обойдется. Уж я об этом позабочусь. Прицепился ко мне клещ. Я никак не могу допустить сотрудничество наших компаний. Хотя, возможно, Мэтт и сам расторгнет с нами контракт после того, как узнает, кто мы такие на самом деле. У него уже есть один сталкер.
— Нет. Я на полном серьезе. — Прерываю я их смех.
Все молчат. Мама удивленно наблюдает за нашими играми в гляделки с папой. Он складывает пальцы вместе и слегка хмурит лоб. Черные брови съезжаются, и в глазах блестит недобрый огонек. Эх, сейчас бы огнетушитель, чтобы загасить это пламя.
— Соня шутит! — тверже произносит папа. — Да ведь? — буравит он меня своими пытливыми глазами.