— Вот, фотографии с мероприятия шестилетней давности в нашей школе. Таким я был тогда.
Маша взяла из рук Артура Михайловича смартфон и начала листать фотографии в галерее. Пока листала, поняла, почему в её мозге при знакомстве с отцом Насти возник своеобразный когнитивный диссонанс. Кажется, она видела когда-то фотографии прежнего Кораблёва, и именно тот образ отложился в её памяти.
Не сказать, что Артур Михайлович раньше был чудовищем, а теперь стал красавцем. Раньше он казался обыкновенным мужчиной средних лет; таким, на котором не станешь задерживать взгляд.
Банальная стрижка, скучный серый костюм, скучные очки, средняя фигура.
— Конечно, я следил за собой, старался не распускать себя, однако никогда не придавал значения внешности. Был уверен в том, что основное оружие мужчины, — это интеллект. А потом оказалось, что мой хвалёный интеллект мало интресовал мою супругу. В сети Надя познакомилась с тренером из Уфы, много лет занимающимся боевыми искусствами. Они встретились и больше не захотели расставаться. Я даже общался с ним как-то и был разочарован: мне казалось, боевые искусства требуют бо́льшего интеллекта. Возможно, я просто утешал сам себя, хоть и понимал, что внешне мне с новым возлюбленным моей жены никогда не сравниться. И всё же я взялся за себя. Сделал коррекцию зрения и избавился от очков. После, как только офтальмологи дали разрешение, начал бегать по утрам и трижды в неделю посещать тренировки. Стал постоянным клиентом самой модной парикмахерской. Уже через полгода меня было не узнать, однако личного счастья мне эти метаморфозы не принесли, как и душевного равновесия. Зато привык держать себя в форме, и это очень помогает, дисциплинирует. Хотя внутренне я совсем не изменился.
...Стас уехал приблизительно через полчаса, а вскоре начал собираться и Кораблёв. Договорившись с Машей встретиться в понедельник для оформления документов, Артур Михайлович уехал домой.
* * * * * * *
Ответив на четвёртый по счёту звонок Карины, Стас покинул пост у своего бывшего подъезда, сел в машину, тяжело вздохнул и завёл мотор.
Если честно, молодой мужчина до сих пор не мог поверить в то, что всё в его нынешней жизни происходит всерьёз. Казалось, настанет счастливый момент пробуждения, и их с Машей спокойная и уютная семейная жизнь окажется явью, настоящим, а вовсе не прошлым. А то, что происходит сейчас, уйдёт, исчезнет, как ночная мгла с наступлением рассвета.
Стас и Маша поженились три с половиной года назад по большой любви. Маше тогда было двадцать три года, а Стасу — двадцать пять.
Поселились в студии, ранее купленной Машей в ипотеку, а Стас начал откладывать деньги и копить на покупку собственного дома, хотя бы недостроенного.
Бог Стаса не обидел: и голова соображает нормально, и руки выросли из нужного места, потому жизни в частном доме мужчина не боялся, а работы не избегал.
Маша мужа поддерживала — она вообще всегда и во всём его поддерживала, верила в него. Всегда умела выслушать, а если это было в её силах — дать совет. Никогда не давила на него, никогда не пилила. Теперь, получив возможность сравнивать ежедневно, ежечасно и ежеминутно, Стас особенно это ценил.
Тогда, после новогоднего корпоратива, когда у Стаса и Карины всё случилось впервые, Стас был уверен в том, что первый раз так и останется единственным.
Стас работал прорабом в большом строительном тресте, а Карина трудилась там же, только в бухгалтерии. В свободное время девушка занималась в студии восточного танца, и на корпоративе исполнила один из таких танцев, нарядившись в специальный костюм.
В тресте работали, в основном, мужчины, и у многих из них, к тому же, подогретых спиртным, танец вызвал определённые предсказуемые реакции. Карина моментально превратилась в звезду вечеринки.
Оказался в числе почитателей таланта и Стас, который ни на что особо не рассчитывал, но Карина вдруг выделила его из образовавшейся толпы поклонников.
Будь тогда с ним на вечеринке Маша, всё могло бы сложиться совсем по-другому... Но жена уехала, чтобы заранее поздравить своих родителей, поскольку саму новогоднюю ночь Маша и Стас провели на даче у друзей, в весёлой компании.
Он так Маше и сказал, когда сообщил о своём уходе: «Ты сама виновата, ведь это ты не пошла со мной на корпоратив».
Ни о чём он так сейчас не жалел, как об этом в сердцах брошенном несправедливом и грязном обвинении. Он Машу своими словами добил, но он ведь не знал... Не знал о том, что она беременна. Хотя, разбрасываясь жестокими словами, наверняка знал о том, что Маша спокойно отпустила его одного на праздник, поскольку доверяла ему.