— Сюда, пожалуйста. — Проводил их за круглый столик у окна всё тот же смокинг. — Ваше меню, мисс, сэр. — Откланявшись он зашаркал дальше, продолжая льстить и добро улыбаться без исключения каждому, кто делал в ответ для него то же самое.
— Ну, как тебе? — едва не подавившись собственным же волнением, спросил Деми.
— Ты очень красивый. — Софи улыбнулась, смотря ему прямо в глаза. — И мне приятно, что ты надел бабочку. Знаю, ты не любишь такое, так что можешь снять, раз уж я уже её заметила.
— Спасибо. — Он с облегчением выдохнул, стягивая её с себя словно надоевший ошейник и расстёгивая верхние пуговицы рубашки. — Но я говорил не о том. Как тебе ресторан? Ты посмотри какой вид! Да только он стоит всех тех денег, что здесь платят за одно место.
— Вид просто чудесный.
— А меню? Здесь столько всего! Помнишь, я говорил тебе о салате с креветками? Он на двадцать пятой странице в левом углу. Всё ещё помню его вкус — превосходный!
Пока Деми болтал, Софи всё наблюдала за ним, иногда кивала, а иногда отвечала. Он был так счастлив от мысли, что наконец смог сделать для неё что-то стоящее без излишней помощи, что запал не покидал его ни тогда, когда он рассказывал ей о каждом виде мяса и том, на какой овощ и специю он похож, ни тогда, когда на своё усмотрение он заказал ей с дюжину закусок со словами «я за всё заплачу». К этому вечеру он готовился непомерно долго, но рвение оправдало себя. Софи была безмерно благодарна ему за старания и, не упустив и единого шанса, благодарила и хвалила его, вгоняя в краску и тот странный ступор, что овладевал им лишь рядом с ней. Когда Софи улыбалась, тело слабело, голова пустела, а звёзды гасли. Они не смели гореть ярче глаз, которыми она смотрела на него каждый раз, как он говорил, а она слушала.
Не успев вдоволь насладиться тем, как Софи описывает вернувшиеся к ней вкусы, Деми заметил время и, в мгновение сняв пиджак, протянул ей правую руку, вторую сложив за спиной:
— Потанцуем?
— О, ну как я могу отказать.
Она рассмеялась, вложив свою ладонь в его и в след за ним поднимаясь, отшагнув от столика как раз в тот момент, когда свет приглушили, а музыку сделали громче. Деми изучил всё вплоть до мельчайших подробностей. Неторопливая мелодия, его рука на её талии и пальцы, что она сплела у него на затылке. Деми без конца шутил, у Софи не сходила улыбка. Покачиваясь в такт тягучему джазу, они стояли в стороне от толпы, что собралась в центе зала ближе к оркестру, который едва разносил свою песню в смеси вина и аромата пряной индейки, ставшей никому не интересной.
— У тебя что-то торчит из брюк. — Прошептала ему на ухо Софи, медленно переступая с одной ноги на другую.
— О Боже, Сонь, это совсем не смешно. — Он закатил глаза, всё же едва ухмыльнувшись. — И с каких это пор ты позволяешь себе говорить такие глупости? Знаешь же, что это вакцина.
— Знаю, но от неё обычно одни неприятности. Ничего кроме глупостей в голову и не приходит.
— Софи, прошёл ровно год. Ты в Центре, и, чтобы сейчас ни случилось, это нас не коснётся. Мы в безопасности.
— Звучишь вполне убедительно.
— Потому что я просто не могу тебе врать. — Деми вновь посмотрел на время, пытаясь проглотить вставший в горле комок. Он ужасно тревожился, пока Софи не коснулась его щеки и одним только взглядом не расплавила сердце. — На самом деле, я привёл тебя сюда не для этого. Не для вакцины или хорошего вина, и даже не для того, чтобы ты впервые попробовала мясо на ужин. Софи, я хотел, чтобы ты убедилась, что Деймоса и в правду никогда с тобой не было, а я на что-то без него способен. С того самого момента, как я встретил тебя, меня не покидало чувство, что всё так и должно быть. Мы пробыли в дороге не больше, чем в городе, но она изменила меня куда сильнее, чем новая мирная жизнь. Когда всё произошло, я правда верил, что это конец. Не будет больше ни жизни, ни смерти, одно лишь бесцельное существование и долгие длинные дни. Но потом появилась ты. Софи, ты всё — и надежда, и радость, и вера. Увидев тебя, я захотел вновь стать человеком. И я стал. Однажды ты сказала, что ничего не может для тебя случиться, но, Софи, изначально всё для тебя и случилось. И я здесь только потому, что ты со мной случилась. Я подумал над твоими словами и понял — чёртов Деймос и правда был лжец. Но я ни разу не солгал с того момента, как увидел твои полные жизни глаза. И даже сейчас, когда, кажется, от волнения у меня подкашиваются ноги, но я уверен, что это тот самый подходящий момент. — Глубоко вдохнув, Деми наконец произнёс. — Я люблю тебя, Софи.
Её губы раскрылись, словно по воле его дрожащего голоса, но едва слова успели слететь с покрасневших уст, как объявление прервало их, напоминая, для чего собрались здесь оставшиеся. Руки невольно потянулись к вакцинам, достали тонкие стеклянные колбочки, сняли плёнку и открутили посеребрённую крышку. Несколько десятков тонких игл сверкнуло в воздухе, вонзаясь в подготовленную для них кожу.