Он понял: жизнь ярче и шире,Чем просто закон на листе.Он в снежном увидел сапфире Тропу к настоящей мечте.
В день лета, тихий и спокойный
В день лета, тихий и спокойный,Я шёл вечернюю тропой,Вдыхая воздух, бывший знойным,Наедине с живой душой.
Я шёл и слышал лишь природу,Сверчков, стрекочущих в траве.Был благодарен небосводуИ благодарен был земле.
Я видел мир и, с каждым шагом,Он становился всё живей.И, с каждым мигом, вдохом, взглядом,Он был всё ярче, всё новей.
Я благодарен был свободеИ бесконечности, как сну.Я благодарен был природеЗа то, что в этот миг живу.
За то, что в жизни этой, быстрой,Я лишь природу полюбил.За этот вихрь, эти мысли,За этот разноцветный пыл.
Я был один, но, в это время,Я сам стал ярче и живей.Я был один, но это бремяЯ сделал радостью своей.
Я видел жизнь такой, как раньше,Когда и не было меня.Такой, какой и будет дальше Всегда цветущая земля...
Вечер закатный, свежий и чистый
Вечер закатный, свежий и чистый,Небо, с узорами из облаков,Отблеск воды, как всегда серебристый,Память сиренево-призрачных снов...
Звуки природные, звонкие, ясные,Радость, далёкая, как и тоска...Крики детей, беззаботно-прекрасные,Мысли, текущие словно река.
Воздух кристальный над жизнью колеблется,Дым от костра, как туман, вдалеке...Ярко и звонко, но мягко и трепетно,Мир поклоняется новой луне.
Я, вместе с ним, под дурманом сиреневым,Вновь вспоминаю далёкие сны,Лица, которых так ждал, с нетерпением,Грусть расставания, грусть тишины...
Образы памяти, словно видения,Мыслей толкает на берег волна.Радость от тихого, сладкого пения,Воспоминаньями всё же полна...
Алый закат, под завесой заоблачной,Вновь мне надеждой мерцает, маня...Может и есть в этой жизни безоблачной Кто-нибудь, кто понимает меня...
Я запишу обрывки мыслей
Я запишу обрывки мыслей,Туманный взгляд моих ночей,И те мгновенья чьих-то жизней,Что ярче месяцев и дней.
Когда душа пьяна покоем,А за окном видений дым,Я этим призрачным прибоем,Как будто тенью, одержим.
Передо мной, в бездонном море,Из сотен сумеречных грёз,Вдруг, вопреки размытой воле,Возникнет явь забытых слёз.
И, на прибрежьи звёздной пыли,Под небосводом тайн глубин,Я вспомню, где разгадки былиЗагадкам снов моих картин.
Я соберу кристаллы света,Меж вод и звёзд пойду вперёд.А надо мной судьбы кометаИз чувств создаст водоворот.
По пляжу мягкого мерцанья,При лунном свете, одинок,Пройду я путь мечты скитанья,Оставив след уставших ног.
А после я глаза открою,И мне покажется так малТот мир, где мы живём с тобою,Откуда в сон я убежал.
Опять окно, опять квартира
Опять окно, опять квартира,И песни глупые, и грусть.Мне эти стены как могилаИ давит громкий крик на грудь...
И солнце в небе догарает,Сквозь тени призрачных оков Его последний луч пылает.Он навсегда уйти готов.
Тоска извечных ожиданий...Старушка жизнь — нужна ль ты мне?Спустя так много лет скитанийДуша живёт в извечном сне...
И сам себя не понимаю:Чему я время отдаю? Кому я песни сочиняю?Кому я их потом пою?
А на свободе чистой воли,Где ветер рушит стен тюрьму,Я на серебряное полеВ хрустальном выхожу дыму...
И там, где нет преград для жизни,Кристально-призрачной мечты,Я воплощаю чьи-то мыслиИ собираю снов цветы.
И, за волшебными горами,На вечно вольные поля,Любуясь дивными местами,Душа торопится моя...
В толпе неузнанный никем
В толпе неузнанный никем,Один из сотен тысяч лиц.Он жизнь познал, хотел он всем Дать мир увидеть без границ.
Его не знали, удивлялись,А он знал всех и всех любил.Его речами вдохновлялись,Кто жизнь в себе ещё хранил.
Слова его, всегда простые,Могли лечить и помогать.Его ладони золотые Могли касаньем исцелять.
Хоть все его слепым считали,Он видел больше, чем с небес.О нём подолгу рассуждали,Гадая, ангел или бес.
Казался танец сумасшедшим,Для тех, кто музыки не слышал,А он, склонясь перед прошедшим,На землю из созвездий вышел.
Над ним смеялись — он смеялся,Пред ним страдали — он страдал.Он просто с высоты спускался,Внизу никто не понимал
Его возвышенных идеалов,Его мечтаний и идей,Его духовных изысканий,Он гений был среди людей.
Один живя, не зная страха,Он жизнь свою провёл вдали,Теперь, он, с истиной монаха,Среди людей, в грязи, пыли.
Людей он любит, понимает,Он хочет им глаза открыть,Всегда он смело рассуждает,Но люди любят слепы быть...
Он с чистой истиной остался И эту истину любил.А людям он открыть пытался Тот мир, который он хранил...
Когда завывали и пели о памяти прожитых лет