Оглядываясь на вчерашний вечер, я всё ещё улыбалась.
Артём принес фрукты, сладости и эти удивительные цветы — такие необычные, что я не могла перестать их рассматривать.
Мама, конечно, не удержалась и поразвлекалась:
— Лея, смотри, какие красивые орхидеи! Кто это тебе принес? — спрашивала она с хитрой улыбкой.
— Просто… друг, — ответила я, немного смущённо, и увидела, как мама подмигнула.
— Друг, говоришь… Хорошо, что он не забывает и про меня, — смеясь, она приняла букет нарциссов.
Артём сидел рядом, и я заметила, как он осторожно помогает мне сесть поудобнее, когда я взяла кофе.
— Ты уже совсем поправилась? — спросил он, и в голосе звучала забота.
— Да, почти, — ответила я, ловя его взгляд. — Спасибо, что пришёл.
Мы начали разговор о самых простых вещах — о книгах, фильмах, о том, как смешно мама шутит, когда пытается угадать, что я хочу на ужин.
Артём смеялся вместе со мной, и я впервые почувствовала, что могу быть рядом с ним совершенно открыто, без масок.
Когда мама ушла на кухню за чаем, мы остались вдвоём.
Я заметила, как его взгляд задержался на моих руках, когда я играла с кружкой.
— Ты даже не представляешь, сколько мне нравится наблюдать за тобой, — тихо сказал он.
— Правда? — улыбнулась я, немного смущённо.
— Правда, — подтвердил он и, едва коснувшись моей руки, сделал это так аккуратно, что мурашки пробежали по спине.
Вечером мы вышли на прогулку.
Ничего особенного — просто прогулка по тихим улицам, но каждый шаг рядом с ним ощущался важным.
Мы смеялись, вспоминали забавные моменты из универа и придумывали маленькие шутки, которые знали только мы двое.
— Лея, — сказал он внезапно, останавливаясь на мосту, — завтра опять новые пары, новые события… а я уже скучаю.
— Ты серьёзно? — улыбнулась я. — Только мы неделю начали «вместе», а ты уже скучаешь.
— Да, — кивнул он. — Я привык быть рядом с тобой, и мне не нравится, когда тебя нет.
Мы сидели на перилах, и я поняла, что доверие и близость, которые появились между нами, стали прочнее любого внешнего шума и слухов.
Каждое прикосновение, каждый взгляд и шутка — всё это укрепляло то, что мы начали строить вместе.
Когда мы возвращались домой, Артём держал меня за руку и слегка приподнимал, когда я спотыкалась на бордюре.
— Ну ты и лёгкая, — смеялся он.
— Лёгкая? — рассмеялась я. — Ещё чуть-чуть, и ты превратишься в мою тень.
— Отлично, — сказал он, подмигнув, — я и хочу быть твоей тенью.
И я впервые без страха позволила себе улыбнуться во весь рот: эти прогулки, доверие, забота, лёгкий флирт — всё это стало моим новым, настоящим миром.
А впереди нас ждали новые дни в университете, новые встречи, новые разговоры и новые маленькие моменты, которые мы будем хранить только для себя.
Глава 17. Их маленький мир.
Лея Миронова
Я никогда раньше не замечала, как легко может кружиться голова от простого присутствия человека рядом. А теперь это было постоянным ощущением — каждый раз, когда Артём оказывался рядом, сердце начинало биться быстрее, а мысли путались.
Сегодня мы сидели в столовой, и я не могла удержаться от того, чтобы наблюдать, как он аккуратно выбирает еду.
— Лея, хочешь попробовать мой салат? — спросил он, слегка наклонившись ко мне. Его взгляд был таким, что все разговоры вокруг теряли смысл.
— Нет, спасибо, — улыбнулась я, — но мне нравится, что ты заботишься обо мне.
Мы сидели вместе, почти наплевав на мнение остальных студентов, которые шептались и переглядывались. Нам было всё равно. Нас не интересовали слухи или взгляды — был только этот маленький островок, где существовали мы двое.
— Ты в последнее время совсем другая, — заметил Артём тихо, когда я ловко откусила кусочек хлеба. — Словно твоя энергия теперь всегда направлена на что-то… или на кого-то?
— На кого-то? — я смущённо взглянула на него.
— Ну… — улыбнулся он, слегка краснея, — на меня, конечно.
Я рассмеялась, и он, кажется, слегка напрягся, но тут же расслабился, когда я взяла его за руку на секунду. Лёгкое прикосновение, и мурашки снова пробежали по спине.
После столовой мы направились к кабинету для подготовки к презентации. На этот раз нам пришлось работать вместе над проектом по философии — ничего экстремального, но достаточно, чтобы заставить нас проводить вместе несколько часов.
— Ты волнуешься? — спросил он, заметив, что я несколько раз перечитываю свои заметки и нахмурилась.