— Чуть-чуть, — призналась я. — Хочу, чтобы всё получилось идеально.
— Расслабься, — сказал он, подмигнув. — Мы вдвоём. Всё будет хорошо.
Когда мы работали над презентацией, случались маленькие смешные моменты. Я случайно пролила немного воды на свои бумаги, и Артём тихо засмеялся:
— Лея, у тебя талант превращать обычный день в приключение, — сказал он, протягивая мне салфетку.
— И ты стал моим личным героем, — шутливо ответила я, слегка толкнув его локтем.
Вечером, после занятий, мы решили пройтись по набережной. Солнце уже клонилось к закату, и воздух был свежим и мягким. Артём держал меня за руку, и каждый его жест казался таким естественным, что я забывала обо всём на свете.
— Лея, — сказал он, когда мы остановились у небольшого кафе, — давай выпьем кофе?
— Отлично, — ответила я. — А то весь день мы только учились и смеялись, а настоящего отдыха ещё не было.
В кафе мы заказали латте и маленький чизкейк, который разделили пополам. Официант, улыбнувшись, сказал:
— У вас очень красивая пара!
Мы просто улыбнулись друг другу. Никто и ничто не могли разрушить этот момент.
— Ты понимаешь, что мы уже зависимы друг от друга? — шепнула я, когда Артём слегка прикоснулся к моей руке.
— Похоже на то, — ответил он, слегка сжав мою ладонь. — И мне это нравится.
На обратном пути мы шли рядом, держась за руки, обсуждая будущее — планы на семестр, мечты о путешествиях, смешные моменты с университетской жизнью.
— Знаешь, мама сегодня снова подшучивала, — сказала я, смеясь. — Сказала: «Вот этот Артём опять с тобой, Лея?»
— Она умная женщина, — улыбнулся он, слегка наклонився. — Похоже, что она нам симпатизирует.
— Да, — кивнула я. — А ещё я поняла, что мне нравится, когда ты рядом. Всегда.
Он посмотрел на меня серьёзно, но с лёгкой улыбкой:
— И я понял то же самое. И больше не хочу этого скрывать.
Когда мы подошли к моему дому, я остановилась, обняла его крепко, и в этот момент я поняла: слова были лишними. Его руки вокруг меня, его тепло — всё это говорило сильнее любых признаний.
— Лея… — прошептал он, чуть отстранившись, чтобы посмотреть мне в глаза. — Я хочу, чтобы ты знала: каждый день, проведённый с тобой, важен для меня.
Я улыбнулась и кивнула. Этот мир, полный забот и шума, сужался до нас двоих. И нам было всё равно, что о нас думают другие.
Глава 18. Испытание на открытость.
Артём Воронцов
Сегодня я почувствовал пустоту раньше, чем обычно. Лея не пришла на пары. Сердце сжималось, мысли путались — каждый момент, когда она была далеко, казался вечностью.
В университете разговоры шепотом. Лекса взглянула на меня с недоверием, а я понимал, что слухи уже расползлись по аудитории. Я ловил себя на мысли, что больше не могу просто наблюдать за ней издалека — я должен быть рядом, защищать её.
Когда ректор Иван Петрович вызвал меня в кабинет, я сразу понял: дело дошло до серьезного уровня. Со мной была Лея — она выглядела растерянной, смущённой, но всё же гордой.
— Артём Сергеевич, — начал ректор, тяжело опираясь на стол, — ваши отношения с Лейкой вызывают вопросы. Студенты заметили… и я вынужден собрать совет по неподобающему поведению.
— Что вы имеете в виду? — спросил я спокойно, хотя сердце бешено колотилось.
— Есть жалобы, — продолжил он, — и мы обязаны рассмотреть возможность дисциплинарных мер. Если подтверждается факт преследования студентки…
Я сделал шаг вперёд, глубоко вдохнул. В этот момент я понимал, что молчать нельзя.
— Слушайте, — сказал я твёрдо, — если кого-то и наказать, то меня. Это я намеренно сближался с Лейкой? Нет. Я никому не угрожал. И уж точно не ставил никакой «автомат» в обмен на что-либо. Она никогда не могла бы отказаться от меня, потому что я уважал её выбор.
Я посмотрел на Лее — она стояла неподвижно, словно изумлённая. Её глаза были полны тревоги.
— Лея… скажи сама, — продолжил я.
Она дрожащим голосом сказала:
— Это не правда… Это я намеренно хотела быть с Артёмом Сергеевичем… Потому что он мне нравится. Нет… — она замялась, краснея, — я его люблю.
На секунду я замер. Мы никогда вслух не говорили друг другу это слово. Никогда. Сердце сжалось от невероятного волнения.
— Иван Петрович… — начал я тихо, но твёрдо, — прошу, не портите ей жизнь. Пусть Лея учится спокойно. Если есть кто-то, кого стоит увольнять — увольняйте меня.