— На дачу, шеф, на дачу! — весело прозвенело у меня в голове.
— А конкретнее? — протянул он.
— Посёлок Динамо. Сад «Уралочка -2». — еле дыша, произнесла я.
— Гони, извозчик, своих лошадей! — выдала подруга, любившая троллить и разыгрывать всех вокруг.
Машина тронулась от гаражей в сторону шоссе. Почувствовав угрозу, я достала телефон и набрала номер. Гудки.
— Алло! — прозвучал в трубке такой родной голос мамы.
— Привет, мам, мы едем к вам на дачу… Да, на такси. Номер? Сейчас.
— Скажите, пожалуйста, номер машины?
— Четыреста пятьдесят семь РОС.
Я повторила в трубку сказанное им. Краем глаза заметила, что маньяк заёрзал.
— Серая Мазда. Всё, целую. Скоро будем. — произнесла я и захлопнула телефон. Он искоса посматривал на меня.
— Что? А вдруг вы маньяк, какой-нибудь?
— Я разве похож на маньяка? — он нервно хихикнул и жестом указал на свою форму.
— А вдруг это прикрытие? Днём добропорядочный семьянин, служитель закона и добытчик, а ночью злое и страшное Монстро! — Мужик явно опешил от моего заявления, но сделать с нами ничего уже не мог.
Ники замолкла, заподозрив неладное. Я повернулась к ней и подмигнула. Она что-то написала в телефоне.
— Что девчонки, тусить поехали?
— Ну что вы, сэр, родителям с огородом помогать. Урожай поспел.
Он довёз нас до ворот сада, и я попросила его остановиться. Расплатившись, мы вышли. Ники начала гундеть: «могли бы и до дачи доехать». За, что поймала мой суровый взгляд и тут же замолчала.
— Что это сейчас было?
— Этот доблестный офицер в девятнадцатом году признаётся в восьмидесяти убийствах девочек и молодых женщин.
— Охренеть, ты действительно знаешь про все события!?
— Нет, только про те, о которых говорили в новостях или стала участником этих событий.
Мы дотащили сумки и Дану почти до самой дачи. Я оглянулась на подругу, идущую сзади, как заметила капот серебристой Мазды, выглядывающий из-за поворота.
— Ники, дуй за мной! — свернула в проулок, находящийся за шесть участков от нашего. И направилась к меже между собственниками. Мы спрятались за баком с водой. Серая Мазда проехала по главной дороге садового товарищества. Товарищ сержант милиции внимательно осматривал ближайшие участки.
— Он, что, решил проследить за нами? Что ему нужно?
— А как ты думаешь? Гад вышел на охоту?
— Капец, ты! А можно вопрос?
— О твоём будущем? Нет!
— Ну, пожалуйста! — Ника сложила ладони. — Как будут звать моих детей?
— Теперь я не уверена, что мы доживём до твоей свадьбы.
— Эй!
В это время маньяк уже проезжал в обратном направлении.
— Ты со своего телефона вызвала такси?
— Да, а что?
— А ничего! Ему пробить твой номер ничего не стоит. На хрен я его раздраконила? Господи, какая же я дура! — Я прикрыла лицо руками.
Ники вытаращила глаза.
— Что нам теперь делать?
— Я что-нибудь придумаю. Всё будет норм? Пошли, он уехал.
Мы выглянули из укрытия и зашли на дачный участок родителей. Тут я увидела маму. Я бросила сумку на землю и побежала к ней обниматься. Я так скучала по ним, мне так не хватало их поддержки и тепла. Почти расплакалась.
— Привет, как добрались? Голодные?
— Не то слово, мам! — вздохнула я, сдерживая слёзы из последних сил.
— Садитесь за стол, я всё подогрела.
Из дачи появился высокий седовласый мужчина с большим блюдом.
— Папа! Привет! Как дела?
На момент вторжения он сильно болел и уже не мог ходить. Мама оставалась с ним до самого конца. Откуда я это знаю? Мы возвращались домой с группой выживших. Я нашла их кровавые следы в квартире. Несмотря на свою болезнь, отец защищал маму до последнего вздоха. К сожалению — не смог. Но, как сказал мой муж, это самая счастливая смерть, какую он видел. Они словно в сказке умерли в один день, поддерживая и защищая друг друга.
— Всё хорошо. Вот, на смену собираюсь! А вы здесь останетесь?
— Да, хотели.
— Чур, без мужиков! — папа опять завёл свою пластинку. — Вчера вон, видел твоего Летуна. — так, отец называл разгильдяя с соседней дачи.