— Чтобы добиться результата мне придётся пробиваться десятилетиями и доказывать всему миру, что чего-то значу. Мужикам в этом плане легче.
— А с чего ты взяла, что я буду тебе помогать?
— У меня есть знания, и я выведу тебя на новый уровень. Но если не хочешь, то в нужный момент я не стану спасать твою жену, детей и внуков. Можешь выходить прямо сейчас, пока мы не выехали из города. Но тогда ты не узнаешь много интересного.
— Хорошо, едем. — этого человека я изучила вдоль и поперёк. Прочла в статье, что Аркадий занимается экстримом, а это значит, что он своего рода адреналиновый наркоман. Поэтому такой человек пойдет на многое ради дозы будоражащих кровь гормонов.
Мы ехали в ту маленькую деревеньку, где я купила уже один дом.
— Я читала о твоём погибшем друге. На какую глубину ты погружался?
— Мой рекорд тридцать метров.
— Поможешь мне кое-куда проникнуть? Будет весело!
— Эм, не знаю. Когда?
— Прямо сейчас, а точнее, через час сорок минут.
— У меня нет с собой оборудования.
— Всё необходимое есть в багажнике. Но сначала ты должен посмотреть обстановку и условия погружения. Я не уверена, что это возможно.
Спустя пару часов мы подъехали к пещере и выгружали оснащение для спуска и дайвинга.
— Ты далеко от воды остановилась. Куда нырять-то?
— Ещё добраться надо.
Мы спустились в первый грот и преодолели лаз. Фонари начали отказывать. Я подошла к воде, и бросила две фосфорных палочки в проталину.
— Да будет свет!
— Ого! Откуда ты знаешь, что делать?
— Я не первый раз сюда спускаюсь.
— Оу! А это кто? — спутник отшатнулся от останков.
— Прошлая ценная единица — улыбнулась я. — Да, шучу я, расслабь булки. Он здесь, уже лет двести. Не обращай внимание. Потом похороним. Днём раньше, днём позже. А может, вообще оставлю как бутафорию.
— Холодно здесь. Нырять будет тяжело.
— Для этого у нас есть гидрокостюмы. — швырнула в его сторону мешок.
— А с размером-то угадала, — заглянув в мешок произнёс Аркадий.
— Я ж говорю, что следила за тобой.
— И почему я повёлся на это?
—Может, потому что я умна и очаровательна, или ты готов на все, лишь бы получить очередную дозу адреналина? Выбирай.
— Когда я увижу свою семью?
— Завтра. Обещаю. Надо перекусить. — бросила ему энергетический батончик, а сама стала смачивать мыльной водой гидрокостюм.
— Ни стыда, ни совести. Я же мужик, вообще-то. — сказал он с набитым ртом, наблюдая, как я стягиваю с себя одежду и пытаюсь втиснуться в гидрокостюм.
— Женатый, между прочим, а я себя не на помойке нашла. — хмыкнула я. — Так что завязывай жрать и мыль гидрач. Сегодня золотая рыбка принесет тебе кучу перспектив покруче минутного кайфа с малолеткой.
— С самооценкой, я погляжу, у тебя гуд.
— У меня амбивалентное состояние, поэтому я считаю себя нереально сексуальной уродиной и уникальной серой мышкой.
— Тебе не страшно?
— Страшно оказаться в той же точке невозврата. А всё остальное это мелочи.
— Что мы ищем?
— Сверхпроводник, с помощью которого ты заработаешь состояние, спасёшь миллионы жизней. А также очистишь Землю от парниковых газов. Аркаша будет героем.
— А что получишь ты?
—Я спасу свою семью, только её надо ещё завести. Но это чуть позже.
— Понятно, что ничего не понятно. Погнали. Умеешь дышать через баллон?
— Да, как-то ныряла в Тургояк.
Мы накинули ласты и привязали трос к сталагмиту. Очень осторожно прошли по льду и сели за два метра от проталины. Она стала меньшего диаметра. Накинули капюшоны, заглотили трубки, натянули маски. Дальше мы перевернулись на живот и как тюлени покатились в воду. Огнём обожгло лицо и шею. Жидкость была очень холодная и густая словно холодное желе. Каждое движение давалось с трудом. Аркадий держал трос в руках. Сиреневое свечение стало ярче и насыщеннее. Мы уже близко. Через два метра вынырнули, оставив в воде один фосфорный фонарик.
Весь грот светился ярко сиреневым. Вышли из ледяной жижи.
— Что это? — выплюнул трубку изо рта Аркадий.