— Так, дети! — строго сказала я. — Ведём себя прилично. В тарелки кладём только то, что можем съесть. Попробовать успеете всё. Здесь каждую неделю блюда повторяются. С колбасами и сырами прошу аккуратнее. Может быть отравление.
— Хочу остаться здесь навсегда. — вздохнул Сёма.
— Подожди, ты ещё море и номер не видел.
— А мы поедем смотреть пирамиды?
— Сем, до них тащиться очень долго! — устало забухтела я.
— Бли-и-и-ин! Я так хотел посетить их. Я столько читал
— Давай, так, сначала обойдём здесь все достопримечательности, потом поплаваем с аквалангами, а дальше, если ты ещё не передумаешь, за несколько дней до вылета переберёмся в другой гостиницу в Каире. Ок?
— Я не передумаю. — Сёма скрестил руки на груди.
— Хорошо, тогда вечером забронирую номера.
К путешествиям я относилась нормально. Мои родители старались хоть один раз в год вывозить нас с сестрой и братом к морю. Да, жилье было скромнее. Пару раз даже отдыхали на диких пляжах в палатках у Чёрного моря. А вот Ники и Сёма ни разу не видели большой воды. Семёну повезло немного больше - его хоть отправляли в санатории. А Ники только пару раз отдыхала в пионерском лагере, когда её отец неожиданно одумался и на целый год вышел из запоя. Это время для них казалось самым счастливым. Удивительно, сколько бы дерьма за всю их жизнь не натворил отец, они всё равно его любили и вспоминали с теплотой и грустью, будто последних событий и не происходило вовсе. Все две недели мы не выползали из моря. Проходили курсы дайвинга, катались на виндсёрфинге, ныряли с аквалангом у рифа, посетили все музеи и рынок, накупили подарков и сувениров. Отдых прошёл на ура. Впечатлений и фотографий набралось невероятно много. Мы возвращались домой счастливые и загорелые.
Прошло почти три месяца, как я не встречалась с новым главой города. Мои проекты для Старой Пристани были готовы, и я начала финансирование объектов строительства. Помимо этого, я приобрела акции «Яблока» на полтора миллиона баксов и отправила сообщение Аркадию, чтобы он по возможности вложил деньги. Написала примерный рост и даты взлетов акций.
За три дня до Нового года со мной связался Аркадий.
— Привет. Мне тут позвонили из Союза прикладной химии и поздравили с открытием нового вещества. Это ты дала мои контакты?
— Привет. Да. Я тебя зарегистрировала, как сооткрывателя и представителя.
— Меня приглашают на конференцию.
— Хорошо. Езжай, у них есть образцы.
— Так они, про какой-то доклад спрашивают?
— Я тебе перешлю. Но говорить о месте нахождения — нельзя. Скажи, что нашёл образец у Самарской Луки. Викториум там тоже есть, но пока они его найдут, пройдёт очень много времени. И кстати, он там с примесями, поэтому там часто возникают шаровые молнии.
— Хорошо. У меня тут вопрос к тебе: ты же собак любишь?
— Эм, любила, но я сейчас не готова взять на себя ответственность за живое существо.
— Заезжай, посмотри. Может, передумаешь, а то у нас тут проблема.
— Что случилось?
— У друга ощенилась сука ризеншнауцера, а через две недели после родов на прогулке подралась с другой большой собакой. В общем, её не успели спасти. Мы уже неделю с друзьями по очереди дежурим у этих щенков.
— Сколько им сейчас?
— Три недели. Псы с родословной. Родители — чемпионы. Если согласишься, то я тебе его подарю. Давай приезжай, будет весело!
— Можно я с подругой приеду?
— Жаль, что не с другом, пиши адрес.
Мы с Ники подъехали к красивому кирпичному коттеджу, и зашли внутрь.
Нас встретила женщина лет тридцати пяти. Очень ухоженная и элегантная, не смотря на домашнюю одежду. Она поздоровалась и пригласила зайти. Мы оказались в огромном холле с лестницей. Сняли ботинки, верхнюю одежду и прошли в гостиную. Там у камина сидели Аркадий и ещё один мужчина. Они держали на руках чёрных щенков и кормили их из бутылочки. В углу сверкала шикарная новогодняя ель, и я вспомнила, что скоро Новый год.