Что мне сказать? И нужно ли это? В конце концов, я пришла сюда, чтобы спасти мир, а не 15 человек, которые вероятнее всего, погибнут от нашествия саранчи через каких-то двадцать лет. Двадцать лет счастливой и беззаботной жизни! А может быть, сработает эффект бабочки и возможно, умрёт кто-то другой для естественного баланса? А сегодня в нашем городе случится ещё одна катастрофа. Большая дорожная авария унесёт жизни двадцати человек. Об этом будет гласить табличка на столбе, прямо за спиной, стоящей передо мной Яны.
— Как дела? — слегка щурясь от солнца, спросила она.
— Хо-ро-шо. — медленно процедила я, вглядываясь в её сногсшибательные веснушки. У этой девочки красивые выразительные серые глаза кошачьей формы и густые светлые ресницы в тон белокурому каре. Девочку хоронили в закрытом гробу, так как от её миловидной внешности ничего осталось. — Яна, прости, мне нужно идти. — Промямлила я. Улыбка сползла с лица собеседницы.
— Тогда до встречи! — пожала плечами ещё живая счастливая девочка.
Я не заметила, как оказалась в другом конце района перед домом своей лучшей подруги Ники. А точнее, перед котлованом и стройкой. Почесала затылок. Город только начинал возведение новостроек. После вторжения я её не видела и не знала, живы ли она и её сыновья.
Я развернулась и пошла к дому родителей Подруги. Стройка и её старая квартира находились в одном дворе. Поднялась по ступенькам и набрала в домофон нужный номер. Дверь запиликала и открылась. Ника стояла на пороге в домашних шортах и футболке. При виде смуглой девушки все мои внутренности скрутились, сжались и ухнули вниз.
— Какие люди и без охраны! — радостно протянула лучшая подруга.
— Доброго утречка! — я нарисовала на лице улыбку и шагнула через порог. — Вот моя охрана. — указала я на слегка заплывшую жиром, кудрявую собачонку.
— Привет, охрана. — Ника взяла на руки Данку и стала её тискать. — Уморилось девочка, утомилась собаченька.
Мы прошли на кухню. Ники налила в пластиковую мисочку воды. Поставила на пол Дану и с нежностью потрепала собачий чуп.
— Какие планы на сегодня? — Спросила я, уже зная, что вытащу её сегодня для прикрытия на дачу.
— Вообще-то, мы едем к тебе на дачу, забыла? — Она сказала это очень громко и наигранно, подмигнув мне. Мы достаточно часто обеспечивали себе алиби за счёт друг друга, как и большинство наших сверстников.
— Ааа, точно. — Протянула я, также громко. Я окинула взглядом старый обшарпанный кухонный гарнитур и такие же древние обои.
Эта красивая, хрупкая, смуглая девочка с огромными карими глазищами и чёрными, как смоль волосами выросла в малообеспеченной семье. Словно сорняк в поле она росла без любви, тепла и заботы взрослых. Ники родилась одной из сестёр двойняшек. Как на старшую сестру, на плечи подруги родители взвалили заботу о младших: Ане и одиннадцатилетнем Семёне. Её предки, благодаря своему инфантильному характеру просто «положили болт» на воспитание и обеспечение потомков. Несмотря на все трудности детства и пророчества взрослых, что из неё ничего хорошего не выйдет, она сохраняла оптимизм и боевой настрой. Вот только благодаря папаше (он частенько поднимал на детей руку) Ника, долгое время будет выбирать себе «не тех мужчин»: жестоких, эгоистичных деградантов, зависимых от наркотиков или алкоголя. Мама Ники — Рита, в один момент просто не выдержала выходок мужа, собрала вещи и смоталась, оставив трёх детей, один из которых инвалид с ДЦП, на попечении у тирана. Все получаемые детские пособия отец тратил на алкоголь. За детьми следила бабушка в меру своих сил. А дача для Ники, это лишь прикрытие, чтобы сбежать к мудаку по имени Оскар от отца изверга.