………
Олег с Катериной зашли в комнату. Катька за своими вещами, а Олег проконтролировать Самойлову и кинуть свой рюкзак на новое место ночлега.
Самойлова напряженно спала, все в той же одежде, в которой была в горах и все в той же позе. На стуле стояла нетронутая тарелка с едой.
Чтобы не включать свет, Олегу пришлось подсвечивать телефоном. Катерина собрала свои вещи и удалилась, оставив его наедине с ненавистной Самойловой. Сейчас он ее даже не ненавидел, просто злился на нее за свои ошибки.
Как только Катерина удалилась, Олег сунул рюкзак под кровать и решил убедиться, что она именно спит, а не находится в отключке. Нависнув над Самойловой, Олег подсветил ее лицо телефоном. Девушка недовольно поморщилась от падающего света. Олега это успокоило - жива! Оставив ее в комнате одну, он со спокойной душой пошел с мужиками в баню. После парной вернулся расслабленный, глянул на спящую Таньку, отключил мысли и уснул сном младенца на соседней койке.
Из крепкого сна Олега вырвал резкий звук. Он подскочил с постели, как ошпаренный. Озираясь, попытался определить источник звука. Источник притих на полу у двери. Мужчина не сразу разглядел в темноте Таньку.
- Ты зачем встала? – грозно рыкнул он на нее.
- В туалет, - прозвучало задавленный голосом.
Ну, вот и опять, Олег монстр, а она невинная овца, захотевшая в туалет. Злился он на нее на ровном месте.
«Главное не думать» - импульсивно соскочил с постели, включил свет, сгреб ее с пола.
От его резких движений Таню прошило болью. Она впилась ногтями Олегу в плечо и, сцепив зубы, задержала дыхание, чтобы не завыть. Неосознанно уткнулась лицом ему в грудь. Олег понял, что ей больно. Истуканом замер с ней на руках, не понимая – как быть дальше?
«Хорошо, что лёгкая!» - так у Самойловой нашлось одно - единственное достоинство.
Через полминуты почувствовал, как ее пальцы ослабляют хватку, освобождая его плечо. Теплый выдох ему в грудь, как будто разморозил Олега и включил. Он понял, что можно двигаться дальше.
Придя в туалет, у Лыкова появилась дилемма. Можно ли оставить ее одну? Сможет ли она сама справить свою нужду? Раньше снимать трусы с женщин, в контексте справления нужды, не приходилось.
- Поставь меня и выйди пожайлуста, - она решила его проблему сама.
- А ты сможешь сама…?
- Раз смогла и второй смогу.
- Ты чего…., сама ходила?! – хорошо, что не наорал, сдержался.
- Ходила. Мне надеется не на кого, – кинутый камень попал в цель и разошелся кругами недоумения в глазах Олега.
Странный у них диалог учитывая, что раньше совсем не разговаривали, а теперь от нее прилетела претензия. Олег промолчал. Вышел за дверь и привалился к стене в ожидание - а то мало ли чего!
Ее не было долгих пятнадцати минут. Лыков и злился, и переживал, и порывался спросить – как у нее дела, и даже просто войти в туалет. Но из последних сил сдерживался, помня о том, что с Танькой все время наперекосяк. Если бы он только догадался, что она, уже несколько минут, просто лежит на столе.
Спустя время дверь распахнулась по ее инициативе. Оба удивлённо уставились друг на друга, как будто ожидали увидеть кого-то другого. Помня свою предыдущую ошибку, Олег аккуратно взял Самойлову на руки. Несмотря на его осторожные манипуляции, она все равно сжалась и впечаталась лицом в его шею. Олега затрясло от губ, прижатых к его коже, от ее запаха, от хрупкого тела в руках. Он и не помышлял о таком, гормоны решили все за него.
«Ну, е-мае! С чего бы, она ведь не нравиться мне! Совсем…, совсем! » – уговаривал он себя.
До утра Олег не мог уснуть. Крутился, прислушивался к ее дыханию, тасовал в голове мысли. Самойлова практически не шевелилась, но, похоже, тоже, не спала. Олег это понял, когда услышал тяжелый вздох похожий на скулеж. Больше молча лежать он не мог.
- Болит? – она от его слов заметно вздрогнула, но молчит, притворяясь спящей. - Ещё лекарство есть? Давай укол поставлю?
- Есть, - почти шепотом, срывающимся голосом пробурчала она. - Косметичка в рюкзаке.