«Вот нахрена, он тут лежит? Он должен висеть в ванной»! - категорично заявил сам себе Олег и вернулся с халатом в ванную.
Танька так и сидела, скорее лежала, в ванной в полотенце. Концы полотенца намокли и липли к телу.
- Встать можешь? Я тебя придержу.
Она поднялась на ноги, ее как пятилетнего ребенка вынули из ванной.
- На, одевайся. - Халат был накинут поверх полотенца. - Я на кухню.
Олег наложил горячую кашу в тарелку и щёлкнул чайником, чтобы вскипятить. Когда кинулся за Танькой обратно, она уже сама добралась до дивана в гостиной.
- А подождать, ты не могла? - в его голосе звучала усталость вперемежку с раздражением.
Через пять минут у дивана появился стул, а на нем тарелка с молочной рисовой кашей. Танька, увидев кашу, не смогла скрыть своего недовольства – непроизвольно скривилась.
- Что не так? – ее скепсис относительно каши не укрылся.
- Я не хочу есть.
- Не может быть! - с наигранным удивлением, - Ты сама сказала, что хочешь.
- Я кашу не люблю.
- Давай без вот этих - детских заскоков. Люблю - не люблю!
Его армия приучила питаться тем, что дают. И если честно, то для Олега не существовало в обыденном бытовом плане продуктов, которые бы он не ел. Если это не какая - то экстраординарная экзотика.
- Я не ем молоко и молочные каши. У меня лактозная недостаточность.
- Так, приплыли. А что ты тогда ешь?
- Все ем, кроме каш. Я их вообще не люблю. И крупы не люблю. Рис ненавижу!
- У принцесс ещё будут какие– нибудь пожелания? - проговорил Лыков тусклым голосом. От усталости не было сил даже возмущаться.
- Я сама себе буду готовить. Не надо ничего делать. Уезжай к себе и ложись спать, - она показательно отвернулась к спинке дивана стараясь сделать независимый вид.
- Ой, да, пожалуйста! – вполне спокойно отреагировал Лыков.
Развернулся, прошагал в комнату за своими вещами. Краем глаза она успела узреть в проеме двери его рельефную спину в майке и столь же рельефную пятую точку в трикотажных шортах. Мужчина настолько инородно смотрелся, в их с матерью квартире - не верилось, что это не привидение. Слышно было, как Лыков прошагал в ее комнату. Зашуршали вещи, звякнула пряжка ремня. Оделся он по - военному быстро и опять в проёме двери быстро промелькнул его силуэт. Входная дверь хлопнула. Татьяна вздрогнула и осталась в квартире одна, как и просила.
5 Понедельник день тяжелый
До утра Таня дотянула, не сомкнув глаз. Спать не хотелось - лежала, таращилась в потолок, изучала трещины. Как это ужасно быть зависимой даже в самых незначительных мелочах. Оказывается, ещё три дня назад, она была абсолютно счастливым человеком. Несмотря на то, что считала себя несчастной неудачницей. Ни наглости, ни деловой хватки, ни блестящего ума, ни женской красоты – ничего природа ей не отсыпала. Зато все это с избытком компенсировалось: нерешительностью, замкнутостью, плохой координацией в купе с рукожопостью и тусклой заурядной внешностью. Опять же ни семьи, ни детей, ни просто ухажёра – любовника – жениха. Короче, любого мужика, у нее нет. И виновата сама. Сама себя вела как великосветская дама, а скоро разменяет третий десяток! Сколько на заводе было намеков, предложений и заигрываний. Ну да, может заводские работники и не принцы, но и не это главное! Нет, определённо - Ду-ра! Теперь она никому не нужный инвалид.
Жалеть и оплакивать свое незавидное существование вскоре надоело, как – то никогда не умела себя жалеть. Минута слабости, а скорее час, закончился. Полезла во всемирную сеть черпать вдохновение от чужой радости. Мысли снова возвращали к проблеме нездоровья. Татьяна перечитала кучу информации по диагнозам, которые были озвучены травматологом. Оказывается ее болячка достаточно распространенное заболевание. Интернет ей пообещал, что с этим можно уживаться, но лечить придется. Пока лежала, спина ее не сильно беспокоила, а если не шевелиться, так и вообще чувствовала себя здоровым человеком. Стоило немного потянуться, как тут же сводило голеностоп, а следом всю ногу.