Таня, не замечала ничего, отходила от боли. Лежала, закрыв глаза и пыталаь расслабить мышцы. Спазм медленно отпускал. Через десять минут можно было бы уже попытаться сесть, завести машину и тронуться. Как вдруг со стороны пассажира дверь резко открылась, в машину ввалился Лыков. То, что это Лыков, Таня поняла, даже не открывая глаз, по парфюмерному шлейфу, подхваченному сквозняком и заполнившему салон ее маленькой машинки.
- И куда ты собралась? - с ледяным холодом в голосе задал вопрос Лыков. Таня ошарашено повернула в его сторону голову, судорожно соображая - откуда он мог взяться.
- К врачу, - растерявшись, проблеяла она.
- А мне позвонить не судьба…? Сказать, что тебя надо увезти, ты могла? И вообще, где обещанная сестра? – он злился скорее на себя за то, что до сих пор чувствовал вину, но желчь выливал на Самойлову.
- У меня нет твоего номера телефона. Сестра приедет только вечером, – она все же попыталась оправдаться.
- А позвонить на работу и узнать мой номер - не судьба?! Не думаю, что Тамара Николаевна тебе бы отказала и не дала мой номер!
- Я и сама могу доехать, - потухшим голосом, но упрямо продолжала упираться она.
- Слушай, а тебе не приходило в голову, что если тебе станет плохо, ты можешь сбить человека? В конце концов, могла бы и такси вызвать, - злость Олега начала затухать.
Таня молчала, глаз не поднимала, но опущенные плечи подтверждали, что она об этом не задумывалась. Лыков злорадно улыбнулся. Ее виноватый вид оправдывал его злость. Олег без слов понял, что если на Таньку ещё чуток надавить она сдастся, и он окончательно сможет командовать.
- В твоей шушлайке, я больше не ездок. Перебирайся – ка, милая, в мою машинку.
Его пренебрежительный тон захлестнул ее волной злости и смыл чувство вины: «Ну, почему он за нее все решает. Да, кто он вообще такой?!» - в знак протеста она резко открыла со своей стороны дверь машины и решила спасаться бегством - обратно домой. Бог с ним, что не сможет сегодня попасть к врачу, сейчас главное отделаться от Лыкова.
Несмотря на боль выскочить из машины она смогла, но тут же остановилась и лбом привалилась к металлическому корпусу автомобиля, потому что резкий старт вывернул мышцы наизнанку. Протест, такой нелогичный, спонтанный, ничего ей не дал и даже эффектно уйти. Впрочем, как обычно в ситуации, когда рядом Лыков.
- Ну, е маё! – Олег даже не успел среагировать. - Вот, что ты за человек?! – он торопливо последовал за ней. Неуклюже выкарабкался из ее маленькой машинки. - Стой, где стоишь, - подскочив к Самойловой, подхватил ее на руки.
- Больно? – и не дожидаясь ответа. – Вижу, что больно, – потащил Таньку в свою машину.
Лыковский автомобиль проигнорировать было невозможно. Со всех сторон видный автомобиль. Она такие называла «недоджип», а по большому счету «паркетник» какие любят мужики с раздутым «ЧСВ» (чувство собственной важности). Уж с ее - то малолитражкой вообще не сравнить!
- Я, вот, как задницей чуял! Думал, просто заскочу, проведаю – не переломала ли ты тут себе ещё чего!? – Он уже не злился, скорее, был растерян, - подъезжаю и что я вижу! Наша болезная, оказывается, отправилась народ давить.
Лыков уселся за руль и продолжил ворчливо выговаривать ей за самонадеянность. Злости в его словах больше не было, тон стал мягчил, но его гундеж тонко царапал по нервам девушки.
- Куда ехать, говори? – она назвала адрес. Машина тронулась.
Полулёжа на соседнем кресле, Таня только и могла, что театрально закатывать глаза и молча выслушивать трындеж. Замолкать Лыков не собирался, он все пилил и пилил. Они уже минут пять ехали под его неутихающий говор.
- Слушай, я уже все поняла, - она решила, что больше не может слушать его нотации.
- Да, ладно! Ты и поняла? Не верю! – видя, что намеков он не понимает, Таня решила, что и она иметь права голоса. Собрала всю свою наглость и выпалила:
- Знаешь, я теперь догадываюсь, почему ты один при твоей смазливой внешности. Тебя ни одна нормальная… не выдержит.
Он не разозлился и даже не обиделся, он как-то весело усмехнулся:
- А кто сказал, что мне нужна нормальная? Я вот, теперь, понимаю, почему ты в девках задержалась…, - вернул он ей колкость.