……
Ира придирчиво оглядела старшую сестру.
- Неплохо выглядишь. Вот что значит домашний покой! Хоть отлежишься и выспишься, а то вечно бледная - зомби.
- Хоть кто – то обо мне беспокоится, - с сестринским насмешкой улыбнулась Таня, - спасибо!
- Да, не за что. Чем у тебя так вкусно пахнет? – Сестра по - свойски прошла на кухню. - О, блины!
Заметив конструкцию из журнального столика и подушки, присвистнула:
- Это ты, вот так вот…! – Ира боком примостилась на журнальный столик, пытаясь воспроизвести геройский подвиг.
- А как прикажешь? Стоять долго не могу. Ходить легче, чем стоять, - спохватившись, Таня засуетилась, - это надо срочно убрать, пока Лыков не явился.
Ира согласилась с сестрой и быстро разобрать нагромаждение. Нарушительница порядка, в хорошем расположении духа, думала о том, что вот теперь Лыкову есть, за что ее наказать, но это если он догадается!
Только - только успели замести следы, как Олег не заставил себя долго ждать. В дверях за его спиной стояла женщина в возрасте за шестьдесят. Видимо это и была обещанная медсестра. Женщина без лишних колебаний прошла в ванную, вымыла руки. Олег деловито выдал ей врачебные назначения, пакет с лекарствами и системами. Таня с медсестрой остались в гостиной, а Лыков с Ирой удалились на кухню.
Проследив за Олегом, который вел игривый диалог с младшей сестрой, Таня впервые пожалела, что пригласила сестру. Уж она – то, способна обаять и заинтересовать Олега!
Медсестра дотошно читала назначения. Проговаривая вслух, она вынимала из пакета коробочки. Потом она готовила склянку с раствором – вкалывала в нее препараты из ампул. Таня не могла сосредоточиться на действиях медсестры, ее волновали голоса на кухне. Напрягая слух, она вслушивалась в то, о чем, там беседует сестра с Лыковым. Слов разобрать было невозможно, но тихий женский смех иглой колол в самое сердце и расстраивал.
Женщина присев рядом с Таней, стала расспрашивать о том, что с ней случилось. В ответ давала какие – то советы и пообещала, что после курса капельниц ей станет легче. Надо же, впервые была рада длительному лечению, потому что Лыков будет приезжать.
В комнату заглянул Олег и позвал медсестру пить чай с блинами. Оставшись одна, Таня заскучала. С другой стороны, наличие медсестры на кухне может, помешает Ире обхаживать Лыкова. И тут же бедную Танечку накрыла волна самобичевания - что же это она, единственной сестре, пускай и двоюродной, добра-то с Лыковым не желает! А во всем виноват проклятый поцелуй. Гад Лыков! Гад! Такую мешанину в ее голове сотворил. Раствор в системе медленно капал, а Таня лежа занималась самокопанием.
Лыков заскочил к ней в комнату:
- Скучаешь? - по - мальчишески задорно задал вопрос, - я сейчас всех развезу и вернусь, - как само собой разумеющееся огласил он ей свои планы.
Она и рта раскрыть не успела, как вернулась медсестра и стала убирать систему.
- На сегодня все. Вы пока полежите, от препарата может быть легкая тахикардия. Не пугайтесь. Я на первый раз полдозы ввела, завтра посмотрим, - Таня облегченно выдохнула.
В коридоре послышались шорохи и разговор. Все, ее гости собрались, уезжает. Ира, одетая в легкую куртку, вошла к Тане и пообещала позвонить. Лыков, тоже уже в одежде, вновь заскочил и еще раз пообещал вернуться и поговорить. Все, наконец, ушли, в двери защелкал закрывающийся механизм замка.
Сегодня Олег показался, каким - то странным, не таким как обычно. Как - будто это другой человек. О чем он с ней собрался говорить? Таня мысленно все чаще называла его по имени. Исходя из клеше их общения, настраиваться нужно на неприятный разговор, и от этого становилось, до обидного горько.
После странного поцелуя надо было бы собрать себя в кучу, а она до сих пор не может выстроить хоть какую – то тактику поведения. А надо! Она как безвольная дурочка, не может дать адекватной реакции. На работе он был такой самовлюбленных хлыщ, который нравился всем. Тогда все было понятно - такому обидеть особого труда не составит. Таня и держалась от него подальше. А теперь? Что теперь? Не может человек меняться за пару дней, а он вроде другой. И она, вроде как должна быть благодарна ему за помощь. Уж, таким человеком была Таня, что не любила быть кому-то должной. Сегодня попыталась с ним рассчитаться, а оказалось должной еще больше. И симпатия к нему проснулась. Гоняя в голове эти мысли, не выдержала - вслух простонала, стукнув ладонью себя по лбу.