Достаточно разомлев, размякнув, в угаре и не заметила, как мужские пальцы проникли в «святая-святых», и тут она запаниковала. Зажалась, вцепилась ему в запястье, попыталась выбраться из кольца рук, освободиться от натиска. Олег не настаивал. Рука из промежности исчезла, давление мужского тела ослабло. Накатила другая паника, что он ее не правильно понял и сейчас все закончится, так и не начавшись. Пока она металась мыслями, то в одну, то в другую сторону. Олег огладил ее спину и нежно провел ладонью от плеча до запястья.
- Тебе больно? – снова тот же вопрос.
- Нет, - в подтверждение слов неловко закинула его руку обратно на свое бедро и потянула на себя.
После приглашения Олег продолжил начатое. Вновь она почувствовала, как мужское тело наваливается и давит.
Событие Олег попытался ускорить. Непонятно с Танькой - сложно, нужно было поторопиться. Проблема в том, что и у него давно никого не было, а о Самойловой и говорить нечего. В этом он был уверен, почувствовал на себе, как тесно сжалось внутри при первом проникновении. Он старался - делал все, чтобы и ей было хорошо, но... Опять это но!
Ей было хорошо, она окончательно поплыла. Сама не замечая, подчинилась ритму. Выгибалась, подстраивалась. И грудь подставляла, потому что нравилось, когда он касается сосков, от этого внизу живота сладким спазмом сжимались мышцы. На ум некстати пришёл старый анекдот, что соски это не ручки для настройки радио и их не нужно вертеть в разные стороны. Но ненужные мысли как пришли, так и ушли, а острые ощущения остались, и она вопреки смешному анекдоту подставляла грудь под его руки.
Олег пытался сделать для нее все, если не больше. Но как только его рука касалась промежности, она замирала, вцеплялась в руку, не позволяя Олегу решительно действовать. Идею стимулировать, чтобы подтолкнуть ее к логической разрядке Олег отбросил. Тяжело сдерживать себя, одновременно думая о чужом удовольствии, когда у самого давно не было. В общем, не получилось у него порадовать Таньку. Да, еще и кончил в нее же, не сдержался. Ну а чего..? Он уже принял решение и готов принять неизбежное. Его устраивала теща с вишневой наливкой, нужно только сахара класть поменьше, и Самойлова не самый худший вариант для его детей, если что!
- Тань, мы не предохранялись, извини. Но ты знай, я не против ребенка, – Лыкову неожиданно в голову пришла мысль, что Танька может забеременеть. Он этой мысли даже не испугался, наоборот обрадовался, не самых худший вариант для матери его ребенка, ему лет то уже сколько. А все те женщины, что у него последнее время были, не хотели становиться матерями для его ребенка.
В ушах у Тани звенело. Она слышала, что он говорит что – то о детях, но сути не улавливала. Смысл его слов до нее дошел только на следующий день в ванной, когда она смывала с себя следы Лыкова. Стало страшно – что же она наделала, а если и вправду…. Немного свыкшись с неизвестностью и прокрутив воображаемую ситуацию. А если и в правду у них с Лыковом будет ребенок? Он сказал, что не против, и она тоже будет рада. Страшно, но не этого ли она хотела!?
.....
Проснулся Олег, как только предрассветная дымка стала парить в воздухе. Что поделаешь, если любая переменная селила внутри тревогу, заставляя Олега, как охотничьего пса вставать в стойку и держать нос по ветру. Таня разметалась по постели, демонстрируя голую грудь. Как бы ему не нравился этот вид, он прикрыл ее одеялом. Нужно было срочно возвращать Марию Александровну по месту ее пребывания – туда, откуда мать примчалась. А дальше…? А дальше элемент предвкушения – теперь он постарается наверстать упущенное и Танечку постарается порадовать. Нужно же реабилитироваться! На это у Олега есть время и уверенность, что Самойлова его к себе точно подпустит.
Потом была дорога к дачному поселку, мирные переговоры с Танькиной матерью и работа, которую приходится делать. После работы он заскочил к себе на квартиру, чтобы переодеться и взять кое – какие вещи, жизнь на два дома не самое приятное обстоятельство. Поднимаясь на этаж к Самойловой, Олег смаковал вчерашние постельные сцены. Они вспыхивали в мозгу, настраивая на определенный лад. Настрой не сбило даже Танькино недоумение, когда он с порога полез к ней целоваться.
«Куй железо пока горячо!» – решил Лыков и по - военному кинулся в атаку, пока противник деморализован.
- Олег, - растерянно, пролепетала она, но не оттолкнула и от неожиданности сдалась не сопротивляясь.