Эта спальня – место, куда я привожу одноразовых шлюх. И здесь же храню все принадлежности для хорошего садо-мазохистского траха.
– Сними с себя бельё.
Девчонка вздрагивает от каждой моей фразы, но тут же подчиняется. Я достаю из верхнего ящика насадку на член в виде кольца с шипами и иголками из твёрдого пластика и тонкую красную ленту. Избавляюсь от футболки и возвращаюсь к кровати.
Мина лежит неподвижно. При виде идеального обнажённого женского тела на белом белье член начинает разбухать от возбуждения. Пальцами дотрагиваюсь до её тонкой лодыжки и чувствую, как хрупкое тело покрывает лёгкая дрожь. Девчонка, с силой зажмурившись, кусает губы, пытаясь побороть свой испуг. А я с наслаждением прикрываю глаза и шумно втягиваю воздух.
Страх…
Дикий ураган разрастается внутри грудной клетки. Сердце бьётся как ошалелое. Резким движением хватаю стройные ножки шлюхи, заставляя её широко раздвинуть колени в стороны. Кожа девчонки на ощупь как арктический лёд, а миловидное личико уже белее мела.
Устраиваюсь между её бёдер и даю команду:
– Подними руки.
Завязываю тонкие запястья крепким узлом. Опустив её руки на подушку, замечаю, как она сжала их в маленькие кулачки. Девчонка будто не дышит совсем. Замерла в напряжении.
Глядя на её гладко выбритую киску, я натягиваю кольцо до основания. Опытным шлюхам оно может доставить крыше сносный оргазм, массируя стенки влагалища при проникновении. В то же время для девственницы это кольцо станет орудием пыток. Острые зубчики будут натирать края кровоточащих ран после разрыва плевы и усиливать болевые ощущения.
Начинаю надрачивать себе член, ощущая, как ствол в моей руке быстро становится твёрдым. Предвкушая момент блаженства, опускаюсь ниже. Стальными пальцами, как клещами, вцепляюсь в её лодыжки, заставляя обвить ноги вокруг себя. Останавливаюсь на секунду, перед тем как вонзить член в девственную вагину.
Глава 11.Мина
У меня очень низкий порог чувствительности. Порой я могу расплакаться, лишь слегка уколовшись острым предметом. Мама долго этого не признавала, считая, что я всё преувеличиваю и просто ищу жалости, разводя истерики на ровном месте. Но со временем поняла, что я не вру, и стала заботливо ограждать меня от всего.
Я тяжело переношу боль.
Поэтому всегда стараюсь быть излишне осторожной, чтобы ненароком не удариться. Когда отчим бил меня ремнём, каждый его удар был сравним с прикосновением раскалённой стали. Моя кожа пылала, как в аду. Я мысленно погружалась в себя, стараясь не думать о том, что происходит. Теряла связь с реальностью, чтобы хоть как-то пережить лютый кошмар.
И сейчас, когда огромное мужское тело, состоящее из тонны железобетонных мышц, опускается всё ниже, я чувствую, как меня накрывает паника. Не успеваю моргнуть, как Дима тут же нависает и вновь внимательно разглядывает меня. Его тяжёлое дыхание на моём лице. Его жар опаляет мне кожу как пламя огня. Тело напрягается, и я непроизвольно обхватываю мощный торс ногами ещё крепче.
Зажмуриваюсь сильнее, потому что не хочу больше видеть этого мужчину. Мне кажется, если я полностью отключу своё зрение, то мне удастся исчезнуть отсюда. Испариться. И тогда этот страшный сон наконец закончится.
Находясь под действием паники, моё тело активизирует все свои защитные функции. А интуиция громкой сиреной вопит о надвигающейся опасности.
Ведь я видела!
Краем глаза снова подглядывала за ним.
Когда буквально на долю секунды я приоткрыла глаза, то заметила, как Дима, открыв один из ящиков трюмо, достал оттуда помимо ленты какой-то круглый предмет, обрамлённый острыми шипами. С виду он похож на массажёр для рук. У меня был такой в старших классах. Когда пальцы уставали много писать, я сжимала его в ладони, давая пластиковым шипам впиться в кожу для снятия напряжения.
Но вряд ли предмет на теле Димы является обычным массажёром. Боюсь даже представить, для чего он собирается использовать эту круглую штуку.
Дима шлёпает уже ставшим твёрдым членом по моему подрагивающему животу, и я вскрикиваю от неожиданности.
– Трахать буду жёстко, – предупреждает.