Значит, её тоже…
Что-то внутри яростно требует, чтобы я это узнал.
– Откуда у тебя эти шрамы? – сам не понял, как спросил.
Как будто мне не наплевать.
Глава 19.Мина
Вопрос задевает ранимые струны моей души. Мне, вообще, кажется, что вся моя жизнь до вчерашнего дня – это какая-то другая реальность. Смерть матери, отчим в больнице, Юра и его гнусное предложение…
Мрачные воспоминания чёрной воронкой крутятся в голове.
Зачем Дима меня об этом спрашивает? Какое ему дело?
К тому же ответить с силиконовым мячом во рту я бы всё равно не смогла.
Он словно читает мои мысли. Наклоняется, пальцами ловко расстёгивает застёжки на плотно обхватывающих мой затылок ремешках. Намордник падает на кровать, и я, ощущая неприятное напряжение в челюсти, наконец делаю вдох полной грудью. Дима развязывает и мои руки, давая мне полную свободу движений.
Как мало человеку надо для счастья! Чувствую себя рабом, с которого сняли железные кандалы.
– Откуда эти рубцы? – повторяет свой вопрос уже с нажимом.
Нет. Я не могу рассказать Диме о себе.
Одно из правил, которые Эдик заставил меня вызубрить, как таблицу умножения, как раз касалось конфиденциальности личной информации. Никаких имён, адресов и номеров телефонов.
Ничего личного.
Но плевать на Эдика и его правила: у меня и без них сердце пускается в ускоренный ритм, стоит только мысленно допустить, что монстр вновь найдёт меня, сбежавшую из его логова. Тем более после того, как я взбесила его во время секса. Хотя само осознание, что я могла ему противостоять, даже связанной, довело меня до оргазма.
Не проронив и слова, я спрыгиваю с кровати, намереваясь тут же двинуться к двери. Но в последний момент мысленно одёргиваю себя. Никаких резких движений. Пытаясь уйти без разрешения, я сделаю себе только хуже, рассердив скалящегося на меня зверя.
– Я могу идти? – обнимаю себя, ёжась от холода.
Дмитрий молчит, а я чувствую, что молчание это нехорошее. Несмотря на то, что лицо мужчины не выражает никаких эмоций, от него веет агрессией.
– Нет.
Одно короткое слово звучит как смертный приговор.
Инстинкты во мне начинают бить тревогу. Волны жгучей ненависти текут по венам. Мне хочется накинуться на этого мужчину и разорвать его в клочья. Проучить. Наказать.
– Подонок! – я срываюсь на грубость, не с умея удержать контроль над эмоциями.
Но лицо Дима – застывшая маска. Для него мои ругательства – невидимые пылинки, витающие в воздухе. Он кидает мне свою футболку и командует:
– Пошли со мной.
– Куда?
– В тренировочный зал.
Услышанное меня поражает настолько, что на мгновение я теряю свой запал.
– Зачем? – искренне недоумеваю.
– Тебе надо выпустить пар.
Не сразу нахожу, что ответить. Глубоко в душе я сомневаюсь, что этот монстр вообще когда-нибудь выпустит меня отсюда. Но с другой стороны, возможно, стоит подчиниться? Ведь рано или поздно любая игрушка надоедает. Вот и боксёр наиграется вдоволь со своим новым приобретением, а потом всё равно выбросит.
Лишь бы это “потом” наступило как можно скорее.
Дима натягивает на себя джинсы и выходит в коридор, как будто даже не сомневается, что я последую за ним. Сомнения съедают меня изнутри. На душе словно мерзкий червяк ворочается из стороны в сторону.
Сопротивляться или повиноваться?
Действуя механически, натягиваю на себя футболку, мельком уловив запах мужского одеколона, которым она пропиталась. Радуюсь, что подол прикрывает мою попу, и неуверенно плетусь следом за мужчиной вниз по лестнице.
Пока я иду позади, тайком наблюдаю за боксёром. Меня в очередной раз поражает его самоуверенность. Он двигается грациозной походкой хищника, убеждённого в своём абсолютном превосходстве. Досадливо усмехаюсь, подумав, что с таким мужчиной, не будь он сумасшедшим, любая женщина чувствовала бы себя как за каменной стеной.
Он достигает первого этажа и проходит вглубь, где очередная дверь ведёт к ступеням вниз. Мы оказываемся в просторном подвале, оборудованным как спортивный зал. Со множеством силовых тренажёров, огромной беговой дорожкой и мягкими матами, разложенными по полу. Стены вокруг увешаны зеркалами. А в самом центре висит подвешенная к потолку мощная боксёрская груша.