Правда, сообразительность всегда была моей отличительной чертой. Поэтому и сейчас, вспомнив, что вчера в душе он снял с меня футболку и оставил её в кабине, я тут же вскакиваю с кровати и голышом бегу в ванную.
Но нет. Не повезло. Комната уже идеально убрана и никаких вещей там нет.
Поникшая, я возвращаюсь в спальню и с удивлением обнаруживаю на полу поднос с завтраком.
Когда только успели?
Меня не было всего несколько минут. Я забежала в ванную, наспех умылась, и вот меня уже ждёт готовый завтрак.
А может?
Нет. Какая бы добрая прислуга тут ни была, вряд ли я могу обратиться к ним за помощью. Ведь они работают на Диму, нет не так, на Дмитрия и слушаются только приказов своего хозяина.
От нечего делать я растягиваю время и медленно завтракаю. Несколько часов тупо пялюсь в окно, вид из которого наводит на меня смертную скуку. Дом Димы находится где-то в глуши. Вокруг одни сплошные деревья. Взгляду не на что упасть.
Вокруг нет ни движения, ни голосов. Мир словно в одночасье вымер.
И погода сегодня пасмурная. Небо затянуто тёмными тучами. Кажется, что даже природа не радуется сегодняшнему дню.
Ближе к обеду я слышу стук. От неожиданности вздрагиваю, стягиваю с кровати одеяло и, укутавшись им, бегу открывать дверь. Но натыкаюсь уже на пустой коридор. А возле порога нахожу новый поднос с едой.
Время тянется как резиновое. Тишина начинает меня угнетать. Одиночество и заточение наполняют мою душу тревогой. Мне бы расслабиться и отдохнуть, но в голову то и дело приходят ассоциации затишья перед бурей.
Несколько раз я подхожу к шкафу, откуда Дима доставал свои странные игрушки. И только, набравшись смелости, поднимаю руку, чтобы открыть его, как тут же одёргиваю себя и отхожу. Страх перекрывает любопытство. Не хочу знать, что он хранит для своих изощрённых пыток.
Как только солнце заходит, и комнату вновь окутывает мрак, я отхожу от окна и возвращаюсь в кровать. Дима может появиться здесь в любую минуту. Забавно, но я даже радуюсь нашей скорой встрече. Одиночество уже поднадоело, и я рада появлению любого живого существа. Даже своего насильника.
Через какое-то время в коридоре вдруг слышатся шаги. Я, задержав дыхание, напрягаю слух, стараясь уловить каждый шорох.
Сразу же понимаю, что это не Дима.
Ведь его тяжёлый шаг я узнаю сразу. А сейчас кто-то идёт по коридору, ритмично цокая каблуками. Женщина!
В замешательстве не знаю, как реагировать. Спасение ли это?
Не успеваю схватить одеяло, чтобы прикрыться, как дверь резко распахивается, и на пороге появляется она.
Высокая статная дама лет тридцати. В элегантном чёрном платье, она выглядит так, словно не в глушь к боксёру приехала, а собиралась посетить светское мероприятие. У незнакомки выразительное лицо, красота которого подчёркнута умелым макияжем.
–Так-так-так! Кто это здесь у нас? – на алых губах расцветает злорадная ухмылка, которая портит её лицо, будто чёрная клякса оставляет свой след на чистом листе. И женщина уже не кажется мне такой привлекательной.
Меня охватывает оцепенение. Язык не поворачивается сказать ей хоть слово.
– Забирай свои манатки и проваливай, – бросает с пренебрежением.
Лихорадочно мотаю головой. Эта женщина не вызывает у меня доверия. В голову закрадываются сомнения. Чувствую, что если уйду, сделаю только хуже.
– Охренела? – обнаружив, что я не подчиняюсь, она начинает выплёскивать свою злость. – Вали отсюда, я тебе говорю. Дима – мой. А ты всего лишь временная соска!
От этой странной особы исходит такая агрессивная энергетика, что я непроизвольно пячусь назад. Мой пульс зашкаливает, и я прикладываю руку к сердцу, которое, кажется, сейчас выпрыгнет наружу.
– По-хорошему не понимаешь, – снимает туфлю, металлический каблук которой зловеще сверкает под светом лампы, и заносит её для удара. – Значит, будем объяснять по-плохому…
Глава 22
Сейчас, в эту самую секунду, я поддаюсь панике. Ситуация настолько безысходная, что я без борьбы пасую перед ней. Нет во мне смелости. Я попросту струсила. Иначе не сказать.