– Нет, – еле шепчу.
Женщина бросается на меня и по-матерински стискивает в объятиях.
– Миначка, ты такая хорошая девочка. Всё будет хорошо! Мы соседями вчера сложились, кто сколько смог. Большую сумму набрали, на похороны должно хватить.
– Спасибо вам огромное.
Следующим утром на кладбище я хмурюсь, разглядывая людей, которые пришли проводить отчима в последний путь.
Пришли даже наши соседи, которые частенько жаловались, что Игорь, набравшись до скотского состояния, валялся на первом этаже не в силах добраться до квартиры.
Подруги мамы тоже здесь. Странно, не помню, чтобы при жизни отчима эти женщины как-то хорошо отзывались о нём. Скорее за спиной ругали за лень и нежелание помогать семье. Поэтому видеть сегодня здесь всех этих людей мне кажется несколько странным.
Пока мы прощаемся с Игорем, я постоянно чувствую на себе десятки взглядов, полных сострадания.
Нормальный человек на моём месте заплакал бы, чувствуя боль от потери члена семьи, но у меня в глазах нет и слезинки. Вместо того, чтобы биться в истерике, я делаю вдох свободы.
Это не та эфемерная свобода, о которой философы пишут трактаты. Это чувство облегчения, которое наступает, когда человек освобождается от удушающих его физических оков.
Я свободна!
Я больше никому ничего не должна. Ни у кого нет надо мной власти. Я теперь сама по себе.
Юра опять куда-то пропал. “Заботливый” сынок даже не удосужился прийти и выказать уважение, попрощавшись с собственным отцом.
Работники кладбища начинают закапывать могилу, а я витаю в своих мыслях, не обращая внимания на окружающих и, как ненормальная, постоянно думаю о Диме.
После похорон возвращаюсь домой и залезаю в Интернет. В поисковике ввожу: “Дмитрий, боксёр”.
На экране сразу же появляются сотни сайтов с его именем.
Дмитрий…Нашла…
Вижу десятки его фотографий на ринге и сама не замечаю, как начинаю улыбаться.
Какой же он всё-таки красивый мужчина.
Открываю сайт с его биографией и с замиранием сердца жду, когда загрузится страница. Чувство, что передо мной открывают сундук с настоящим сокровищем.
У меня наконец-то появляется шанс узнать о Диме всё!
На самом деле это так странно. За несколько дней я не могла вытянуть из мужчины ни слова, чтобы узнать хоть что-то, когда в интернете есть вся доступная информация о его жизни.
Несколько раз перечитываю скудный текст с холодными фактами. Мне тяжело поверить, что маленький мальчик мог столкнуться с подобным ужасом. Как вообще можно сохранить в себе человека, пережив такое?
На глазах малютки отец убил его маленькую сестрёнку и маму. Сам Дима вырос в приюте, а отец-убийца скончался в тюрьме от туберкулёза. Получается, что Дмитрий такой же круглый сирота, как и я.
Не знаю, зачем сохраняю себе на телефон его фотографии. Засыпаю я в эту ночь вновь с мыслями о нем.
Будь у нас шанс, мы могли бы с ним по-настоящему сблизиться. Я бы обняла его крепко-крепко, чтобы забрать всю ту боль, что пожирает его изнутри. Я бы окутала его нежностью и заботой. Со мной он бы стал другим человеком. Даю себе помечтать. Хотя прекрасно понимаю, что боксёр уже давно забыл обо мне и, наверняка, забавляется со своей новоприобретённой игрушкой.
На следующий день Юрка так и не появляется дома. Как же сильно я ненавижу своего сводного брата. Но верю: когда-нибудь настанет время, и этот мерзавец поплатится за всё зло, что причинил своей семье.
Стены нашей квартиры давят на меня. Дом, что некогда был родным, стал теперь чужим.
Теперь, когда я больше не связана оковами обстоятельств, решаю действовать без промедления. Собираю чемодан, продаю всё более-менее ценное, что у нас есть, в ближайший ломбард и на собранные деньги покупаю билет в другой конец страны.
Никогда больше не хочу видеть эту квартиру и сводного брата.
Вот и наступил момент, которого я так ждала. Сейчас или никогда.
Ставлю у двери чемодан и иду выпить стакан воды перед дорогой. Задерживаюсь у окна, чтобы в последний раз взглянуть на двор. Дышу полной грудью и улыбаюсь. До сих пор не могу поверить, что решилась на кардинальные перемены.