Сурагай окинул взором свой лагерь и располагавшихся воинов. К сегодняшнему утру успел подойти лишь Окуз, но и его воинов вместе с гадыровскими и хумовскими никак не хватало для численного преимущества. Но даже это не беспокоило сурагая. Нергала приятно волновал вид лопуха, и сильно тревожила увиденная им ночью мошка, севшая на скорлупку. Колдун тронул рукой кольцо. Проклятое, оно словно бы вросло в плоть на указательном пальце левой руки. Ни боли, ни иного физического беспокойства оно не причиняло, но в душе вызывало постоянное ноющее воспоминание. Нергал всегда знал, что оно присутствует и, словно багром из глубины чёрного омута, тащит другое, - не гаснущее ни днём, ни ночью - напоминание о том, что он когда-то был человеком. И о его новой сущности.
"Какой парадокс..." - горько усмехаясь размышлял Нергал, - "Я обручён со скалопендрой. А это кольцо, её свадебный подарок перед совместной жизнью".
Так он стоял в ожидании, пока его не окликнул Гадыр:
- Сурагай, тебя хотят видеть.
Нергал обернулся и узрел, как к нему спешит старший сын юана:
- Это Камилио. Он ближайший советник и помощник юана. Как он здесь оказался, я не ведаю, но говорит, что хочет тебя видеть. - Гадыр чуть отступил в сторону, и указал рукой на стоящего подле шатра колдуна, стройного человека средних лет. Человек был одет в белую тогу, лёгкие сандалии, а за спиной у него виднелись прозрачные крылья.
Нергал в изумлении слегка приподнял бровь. Колдун уже знал из рассказов куйреков про восин и их роль в жизни Закрова. Но вид этого существа всё же удивил его и шевельнул в голове радостное понимание. При переходах до сего дня он и сам часто видел их высоко в небе и был поражён их способностями. Восины явно следили за его передвижением, хотя Гадыр и старался производить все свои манёвры скрытно.
Нергал смотрел на это воздушное существо и удовлетворённо улыбался. В сем крылатом посланце богов, явившемся к нему в столь значимый час, он узнал свою загадочную "мошку".
- Будьте с ним осторожны, мой сурагай, - негромко предупредил его Гадыр. - Восины очень хитры, а этот сама гнусность во плоти.
Колдун хотел было приказать позвать восина, но тот сам, увидев Нергала, жеманно отогнал рукой стража и, повиливая бёдрами, подошёл к нему.
- Камилио Далбо из рода Крисайдини, - представился он, пристально глядя своими глазами прямо в мысли колдуна. - Я лично прилетел приветствовать великого сурагая и нашего нового юана.
Он грациозно поклонился. У восина были яркие, блестящие, как драгоценные камни, волосы и глаза. Он являлся не просто восином, а сверкающим восином. Камилио был крисида. Нергалу вдруг необъяснимо и непреодолимо захотелось прикоснуться к его волосам. И Камилио сам предоставил ему такую возможность.
- Моя жизнь отныне принадлежит тебе, мой новый юан! - Пафосно воскликнул он и, встав на одно колено, преклонил пред ним голову.
Колдун заворожённо протянул было руку, чтобы дотронуться до волос восина, как вдруг его остановил крик и звон оружия.
- Грязная крыса! - Хум выхватил меч и кинулся на сверкающего. - Ты предал своего хозяина и думаешь, что мы тебе поверим?
Нергал резким взмахом осадил Хума.
- Нет, Хум. Этот крисида, как и мы все, ценит свою жизнь. А правильное предательство сильно продлевает её, - колдун перевёл взгляд на Хума и улыбнулся. - И он далеко не единственный предатель на этой горе.
Хум отвёл глаза и убрал меч в ножны.
Нергал, наконец, положил свою длань на голову Камилио и почувствовал неимоверное блаженство. Волосы не были шелковистыми, но что-то манило к ним и к их хозяину, и держало руку колдуна.
- У тебя интересное и длинное имя, - произнёс он, будто в забытьи.
- Моё имя - Камилио. Принадлежу я к роду Крисайдини. А семья моя носит фамилию Далбо, - пояснил восин.
Нергал ещё немного помедлил.
- Служи мне верно и достигнешь великих высот, - сказал колдун и с большой неохотой убрал руку. - А теперь скажи, что ты видел с высоты своего полёта?
- У начала рва, в кустах, готовится небольшой, но отборный отряд воинов. А отряды, стоящие передним полком, явно не собираются нападать. Тебе отсюда не видать, великий сурагай, но это так.
- Я знаю, сверкающий, - кивнул колдун. - А что готовится за горой и рощей с нашего правого фланга? Я вижу там какое-то движение.
Восин округлил глаза. Ведь гора и роща напрочь скрывали всю местность за ними, а выставленные отдельные патрули зорко следили за любыми лазутчиками.
- За рощей собирается основная сила Велика, - откровенно сказал восин. - Я тебе как раз это и желал сообщить!
- Я тебе верю, Камилио, - проговорил колдун и положил ему руку на плечо. - Сейчас можешь быть свободен. Если мои боги даруют мне победу, у меня для тебя будет важное и ответственное поручение.
- Ты выиграешь, сурагай! И тогда я с удовольствием послужу тебе.
Камилио поклонился и отошёл в сторону. Нергал также кивнул головою и повернулся к будущему полю боя. К нему подошли Гадыр и Хум.
- Не верь ему, сурагай! Он солжёт - не моргнёт, - зашипел в ухо Хум. - Этот грязный мужеложец того и ждёт...
- Вот ты и будешь отвечать за нашего нового друга, - улыбнулся ему колдун. - Головой. А сейчас готовьтесь к бою. Ваш брат, кажется, наконец-то собрался духом для атаки.
Вскоре Велик обрушил на правый фланг всю мощь своего удара. Правый, более пологий склон горы был укреплён ещё ночью, и там стояло наибольшее количество куйреков. Держал оборону и командовал однорукий Хум. Нергал вошёл в свой шатёр и вышел оттуда, одетый в нечто подобное броне. Латами облачение его назвать можно было с натягом, но главную функцию по защите жизни хозяина одеяние выполняло. На колдуне красовалась пошитая специально для него, невообразимая и не шитая никогда во всём свете одежда. Это было жуткое смешение всего, что ему поднесли в дар благодарные куйреки. Толстая кожа сшивалась с грубой тканью и покрывалась кусками стальных пластин и звеньями чешуи. Всюду свисала рванина дырявых кольчуг. Острия копий соседствовали друг с другом и ежом топорщились во все стороны. Обломки мечей свисали остриями вниз с цепи на поясе и ржавой юбкой скрывали чресла. Руки колдуна были покрыты толстыми кожаными перчатками с длинными когтями из обломанных кинжалов и ножей, а голову оборонял клиновидный шелом, более похожий на мятый котёл с прорезями для глаз. Оружия у Нергала не было.
Когда он подошёл к своей точке обозрения, бой на правом фланге был почти проигран Хумом. Его воины, теснимые превышающей в несколько раз массой воинов Велика, вот-вот должны были быть опрокинуты. Некоторые из них уже повернули спины к врагу и бежали с горы в сторону лагеря Гадыра. Нергал отвернулся, его совершенно не интересовало это место. Его интересовал сам Гадыр. А вот у него как раз было всё отлично. Присмотревшись сквозь прорези в шеломе, колдун увидел, как Гадыр и его воины добивают отряд, шедший по дну рва. Сам ров тлел пеплом сгоревшей травы, которую подожгли по его приказу, и густой дым, уносимый ветром, нёс запах горелого мяса. Нергал понял, что подошёл самый важный момент в битве. Он снял шелом, облизал концы своих костяных кос на плечах и вновь водрузил шелом на голову. Затем он встал на четвереньки и помчался вниз по склону.
Колдун бежал быстро и легко, перескакивая большие валуны и ямы. Такой способ передвижения он быстро полюбил и освоил до мастерства, ибо только он давал Нергалу скорость при передвижении, лишь немногим уступающую среднему коню, и напор тяжеловооружённого всадника в битве.
Вот и сейчас начало рва быстро приближалось, и шум боя становился всё громче и громче. Колдун всё же не подоспел к расправе. Когда он влетел в ров, все враги либо погибли от огня и дыма, либо были перебиты стрелами сверху, либо порубаны засадой, которую Гадыр ловко устроил на выходе. Не останавливаясь, Нергал пронёсся мимо своих воинов и, немного погодя, услышал призывный крик Гадыра и топот ног последовавших за ним куйреков. Дым застилал глаза и врывался в горло при каждом вздохе, а жар от горелой земли прошивал его латы и вышибал пот. Но вот, наконец, пошла нетронутая огнём зелень, и бежать стало легче. С размаху Нергал врезался в толпу воинов, охранявших выход изо рва. Из-за дыма, попавшего в глаза, он не заметил их, но вот сами воины видели его отлично. Видели и поэтому, бросив оружие, не оглядываясь, рванули кто куда. Оно и было понятно. Ведь то, что узрели отряды, запиравшие ров, они не видели даже в своих самых кошмарных снах. Почти все куйреки - воины или же простые обыватели - с огромным пиететом отнеслись к появлению в их жизни нового сурагая, вознесли к нему все свои чаяния и обиды и совсем не обрадовались, когда Велик отказался от принятия ультиматума встать на сторону ожившего Великого шамана. И посему сейчас, при непосредственной встрече с вырвавшимся из дыма битвы, озаряемый огнём на тканях одежд, чёрным от сажи, пышущим жаром, клубящимся пеплом, громыхающим и лязгающим железом чудовищем - их возвратившимся сурагаем мало кто помыслил о сопротивлении и всерьёз взялся за оружие.