Эндрю так и уснул, пытаясь понять, где он настолько ошибся, в какой момент времени нужно было остановиться или хотя бы поговорить с ней.
На следующее утро Джексон, не смотря на количество выпитого алкоголя, проснулся полным сил и энтузиазма. Парень готов был немедленно сесть в машину и поехать домой к Ханне и Кайле, однако Милтон наверняка сейчас на учебе, а объясняться Кайле не слишком хотелось. Да и сам Эндрю, откровенно говоря, не готов был прямо сейчас садиться за руль. Слишком много он выпил, пусть и не чувствовал этого.
Мысли снова и снова возвращались к историям из дневника, и чем больше Эндрю думал об этом, тем больше терялся. Было бы правильным срываться и ехать прямо сейчас с объяснениями к девушке?
«… Дни считала до тех пор, пока лицо Джексона навсегда не исчезнет из моей жизни.» - вспыхнула в его голове фраза девушки, записанная в дневнике.
Может быть, ответ в этой строчке?
Сколько страданий Эндрю уже причинил девчонке. Сколько боли доставил, и снова появился в её жизни. Очевидно, Ханна только и ждала, что нового удара, и этим ударом будет украденный дневник. Это окончательно сломает ее, сотрет в пух и прах последние шесть лет, которые девчонка наверняка потратила на то, чтобы забыть о нем. Так может, не стоит ей мешать? И единственным правильным решением будет исчезнуть из жизни девушки, оставить её в покое?
Действительно, так было бы правильно. Но почему на душе тогда так погано?
Эндрю вернул дневник на следующей неделе, когда Кайла снова позвала его к себе. Сперва положил на стол, но затем, хорошенько подумав, спрятал его под кроватью – пусть девчонка подумает, что он туда упал или еще что. С Кайлой находиться было как-то не по себе. Или так было от того, что Эндрю все время только и думал о том, что с минуты на минуту в квартиру может войти Ханна? Парень не хотел, чтобы Милтон увидела его у себя дома.
- … У меня есть замечательная идея, - кажется, Кайла повторила это уже дважды, когда смысл слов наконец дошел до парня.
- Какая же? – улыбнулся он, зарываясь рукой в волосы девушки, но не переставая думать о её подруге.
- Двойное свидание. Есть одно замечательное местечко, куда мы могли бы пойти. Мне так надоело сидеть дома… - она хитро улыбнулась, подмигивая Джексону.
- А с кем пойдем?
- С Ханной и ее парнем, конечно же. С кем же еще?
- У Ханны есть парень? – удивился Эндрю. Слова его сорвались с губ прежде, чем парень успел подумать о том, что задавать такой вопрос, возможно, не стоит. В груди снова появилась какая-то странная тяжесть. Кайла кивнула, подтверждая - у Милтон есть парень. Не то, чтобы его это касалось, но знает ли этот парень, что весь дневник Ханны посвящен ему, Эндрю? А не какому-то там парню.
«Это не то, чем стоило бы годиться», - заметил здравый смысл, остужая пыл Джексона. Он нахмурился, но не стал анализировать свое поведение – слишком много проанализировал и без того.
- Не уверен, - ответил наконец Эндрю, понимая, что ему нужен совет. Мнение человека, который в состоянии взглянуть на ситуацию объективно. – Я напишу тебе вечером, хорошо?
Он оставил Кайлу удивляться их быстрому прощанию, и поехал к единственному человеку, кому мог сообщить все, что узнал. С кем мог это обсудить, пусть лицо начинало гореть от стыда уже сейчас, только при мысли об этом.
Они с отцом расположились в тесной кухне его дома. Раньше Эндрю поражался тому, что отец оставил огромный дом матери после развода, а сам живет в этом до жути неподходящем маленьком домике. Но теперь ему в голову пришла догадка – может быть, папа тоже чувствовал себя виноватым перед матерью? Выслушав все, отец не выглядел удивленным. Только пальцы его побледнели, сжимая чашку с чаем.
- Что же, в детстве ты был действительно невыносимым ребенком. И черт знает, чем бы все закончилось, если бы я не забрал тебя от матери.
Эндрю горько усмехнулся, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки.
- Не понимаю, причем тут это.
- Твоя мама недолюбливала Ханну, не удивлюсь, если началось все это с её подачек.