– Черт, мне очень сложно признавать, что кто-то… кого-то… Что я кого-то могу не заинтересовать. Я не имею ввиду, что ты какая-то не такая, менее красивая или недостойная, просто, – она снова то ли усмехнулась, то ли всхлипнула, но Ханна была настолько ошеломлена происходящим, что никак не отреагировала на это. – Как выяснилось, это сильно ударило по моему самолюбию. Мне очень жаль, что ушло столько времени на то, чтобы я это поняла.
Ханна кивнула, и, все ещё не находя подходящих слов, просто обняла подругу. Кайле этого было достаточно. Короткие объятия, замечание от преподавателя, прервавшего столь эмоциональный момент своим недовольным покашливанием, и девушки приступили к конспектированию лекции. Профессор не был тем человеком, с которым можно шутить.
Как и Кайла была не настолько эмоциональной, чтобы разреветься прямо в аудитории. Но это было именно то, что делала сейчас девушка. Конспектируя, она то и дело прерывалась для того, чтобы свободной рукой вытереть катившиеся по щекам слезы.
Итак, о чем говорили Кайла и Джексон – было ясно. О ней. Но почему она плачет? Почему она не светится от счастья? Что такого сказал ей парень? Ханна будет трижды дурой, если сразу после их перемирия заведет разговор о предмете ссоры.
На столе завибрировал телефон, и Милтон перевернула его экраном к себе. Это был Нэйт, разумеется.
«Ну вот и долгожданное перемирие. Видишь? Рад, что у вас наконец все наладилось»
– Это он тебе написал? – спросила Кайла, кусая губу, дабы поумерить свой пыл, и потянулась к телефону. Ну надо же! Как у неё только получается делать вид, будто и не было этого отвратительного периода в их дружбе?
– Да, Нэйт, – уточнила Ханна, глядя на подругу с подозрением. Нервно облизнув губы, девушка все же решила прояснить ситуацию и со своей стороны, считая, что просто спихнуть всю вину на Кайлу было бы нечестно. Ведь её вина тоже имеет место быть. – И ты меня прости. Я не хочу поднимать эту тему, но хочу, чтобы ты знала – я не горжусь собой за то, что пошла тогда потанцевать, – сердце больно сжалось в груди, стоило только об этом подумать. Тот танец был одновременно и лучшим, и худшим. Но пережитые последствия явно не стоили этого необдуманного поступка, и для Ханны было важно, чтобы подруга это поняла.
Кайла хмуро посмотрела на неё, кивнула, и затем отвернулась.
– Вы с Нэйтом очень сдружились, – заметила Редли, когда они вместе вышли из аудитории. К счастью, Ханне не пришлось выбирать между ребятами – Нэйт умчался куда-то сразу после звонка, но позже написал девушке, что у него появились срочные дела на кафедре. Что ж, вполне в его духе.
Ханна лишь пожала плечами, однако Кайла на этом не остановилась и спросила:
– Собираешься увести у меня еще одного поклонника?
Милтон замерла на месте, уверенная в том, что это начало новой бури. Однако, к ее удивлению, подруга только рассмеялась и потянула девушку за собой, взяв под руку.
– Не волнуйся ты так, я же шучу!
– Не могу не волноваться после того, как мы столько времени были в ссоре, – заметила Ханна. – Извини, не могу похвастаться быстрой отходчивостью. И в смысле ещё одного? Разве вы с Джексоном не помирились?
– Помирились? – удивленно спросила Кайла. – Мы и не ссорились. Мы просто… пообщались и пришли к выводу, что я очень зря на тебя обиделась.
– Вот как? – хмыкнула девушка, удивленно подняв бровь. Внутри снова начала зарождаться злость – почему это вопросы о ней решаются без её участия?! И более того, почему они решаются с Джексоном?! Ханна сделала глубокий вдох, заставляя себя не думать об этом. Не кипятиться. Сейчас все лучше просто слушать, а вот переварить уже вечером, оставшись с собой наедине. И только тогда уже взвесить всю ситуацию и сделать какие-то выводы.
– Ну да, – пожала плечами Кайла, и вовсе не замечая того, что Ханна начала понемногу закипать. – Мы, девушки, ничего не можем сделать, когда парень обратил на нас внимание. Только поддаться ему и вступить в игру, – подруга подмигнула ей.