После третьей пары она попрощалась с друзьями. Нэйт искренне пожелал девушке удачи, в то время как Кайла просто махнула рукой, мол, нечего париться по поводу Джексона. Что ж, Редли не знает всего того, что знал Нэйт. Так что она не поймет. Таких как Кайла едва ли обижают в школе. Такие девчонки наверняка ещё из детского сада находятся в числе самых популярных. В школе вокруг них собирается стайка девчонок-подружек и мальчишек-поклонников, и нередко такие как Кайла и сами становятся агрессорами по отношению к серым мышкам. Нет, Ханна вовсе не думала, что Кайла обижала кого-то в школе, но было понятно, почему подруга не может всерьез понять и принять её, Ханны, страх и обиду.
Несколько минут Милтон крутилась у аудитории, переминаясь с ноги на ногу, и надеялась на то, что у Эндрю появятся какие-то неотложные дела, он забудет об их встрече или ещё что-то в этом духе. К несчастью, самовольно она уйти не могла, поэтому, набрав наконец в грудь побольше воздуха, девушка наконец вошла в аудиторию.
Эндрю Джексон был там. Сидел за столом, сосредоточенно глядя в журнал. Расслабленная поза, одной рукой он держал страницу, вторая покоилась на колене. Как только парень услышал звук закрывшейся двери, тут же поднял голову и, потирая подбородок в задумчивости, обратил наконец внимание на Ханну. Съежившись под его взглядом, девушка опустила глаза в пол и подошла к первому ряду, занимая место сразу напротив Джексона. В нос тут же ударил запах его парфюма, отталкивающий и привлекающий одновременно. Ладно, сам парфюм был привлекательным, отталкивал его владелец.
Эндрю молчал, и это ещё больше сбивало с толку – Ханна не представляла, чего можно ожидать от парня.
Около минуты они сидели в молчании. Милтон просто боялась открывать рот и сверлила взглядом столешницу, опасаясь взглянуть на своего преподавателя. Но девушка чувствовала на себе его прожигающий взгляд.
Наконец, Эндрю Джексон разорвал тишину:
– Я тут обнаружил странную закономерность в журнале, – его голос был тих, спокоен. Даже слишком спокоен – таким девушка его никогда не слышала. – Твои оценки по логистике скатились ровно в тот момент, когда я стал вести вашу группу.
Ханна прикусила губу, все ещё избегая его взгляда, и не решилась вступать в разговор. Услышала его рваный вздох, но молчала. Такая тактика не совсем устраивала Джексона и он предпринял ещё одну попытку.
– Судя по оценкам твоих одногруппников, могу предположить, что я всё-таки неплохой преподаватель. И это если не брать в расчет тот факт, что твой друг любезно предоставил мне нарисованную тобой шпаргалку по той теме, которую ты у меня завалила.
Эндрю снова сделал паузу, давая девушке ещё одну попытку ответить. Выдохнув, Ханна подняла глаза и поняла, что встречаться с ним взглядом не так уж страшно. Вообще не страшно, не хуже, чем тогда, в машине. Чувствуя, что начинает тонуть в серо-зеленых глазах, полных любопытства и… волнения? Девушка наконец опомнилась, отвела взгляд. И вернулась к своей любимой, проверенной годами тактике пассивной агрессии:
– С чего ты решил, что это была моя шпаргалка?
– Узнал твой почерк.
Ханна нахмурилась, глубоко вздыхая и давая себе этим совсем немного времени для того, чтобы проанализировать ситуацию и прийти к какому-то решению. Чувствуя себя сапером в глобальной операции, девушка тихо заговорила:
– Что ж. Если тебя действительно удивило, почему я завалила контрольную, то я не смогу тебе ничего ответить. Не смогу ничего объяснить, – девушка сглотнула появившийся в горле ком и непроизвольно обняла себя руками, будто защищая себя от всего мира. Или, если быть точнее, от одного конкретного человека. Она глубоко задышала, чувствуя нарастающее в груди напряжение. Ещё никогда они с Эндрю не были настолько близки к теме обсуждения её детских травм, и от этого голова шла кругом – почему Джексон продолжает издеваться над ней?! Не тупой же он, в самом деле, чтобы ничего не замечать. Закрыв глаза, чтобы не позволить слезам прорваться, девушка почувствовала мягкое прикосновение к себе теплой ладони. Нервно вздрогнула. Затем открыла глаза и вновь столкнулась с взглядом серо-зеленых глаз. На этот раз, они были ближе. Ханна чувствовала дыхание парня так же, как почувствовала резкое желание врезать ему.