- Себастьян? – позвала она. Тот глянул на нее и кивнул. – Вы недавно делали ремонт? – тот непонимающе на нее покосился, делая глоток и придерживая полотенце на шее. – Ну, дома. В гостиной, например.
- Ну… Мебель освежили, на перетяжку отдавали. Обои там… - он с подозрением смотрел на девушку, забыв о еде. – А ты откуда знаешь? – он прищурился.
- Да ладно? – хмыкнула та. Себастьян изменился в лице. Теперь он не с подозрением, а оторопелостью смотрел на девушку. Сама того не заметив, Вирджиния проговорила это в такой манере, в какой обычно говорил сам Себастьян, когда кто-то чего-то не понимал. Девушка поняла это спустя пару мгновений, решила продолжить. – Да ну нет… Ты серьезно? – тот смотрел на нее с тем же недоумением. Глаза его немного расширились. – Боже, это ведь так очевидно, – она хмыкнула. – Я дочка риэлтора, у меня глаз наметан.
- Кэтрин, тебе это ничего не напомнило? – фыркнул Малком, глядя на Вирджинию. Девушка заметила одобрение в его глазах, он подмигнул.
- Вообще-то, это моя фишечка была, – Себастьян слегка отошел от шока, но смотрел на Вирджинию с тем же непониманием.
- Правда, что ли? У тебя есть патент? Авторское право? – она повела бровями. – Нет? Ну тогда прости, но не ты один имеешь право на эту «фишечку».
- Момо, это реально всегда так звучало? Кейт? – парень немного растеряно смотрел на своих друзей. Те, подавив смешки, кивнули. – Боже мой… - он отвел взгляд и поджал губы. – Что ж вы не говорили… Ладно, я больше не буду… - проговорил он, беря кружку. Сделав глоток, он все также задумчиво смотрел вниз, хмыкнул и слегка улыбнулся. Покачал головой, думая о своем. Малком заметно повеселел, глядя то на друга, то на Вирджинию. Кейт тоже немного улыбнулась, но посмотрев на Себастьяна, вздохнула и закусила губу.
- Пора продолжать. Ты можешь еще полистать планшет, может, еще что найдешь, – проговорил Малком девушке, вставая. Не дожидаясь друзей, он пошел к своему рабочему месту. Себастьян и Кейт с большим подозрением посмотрели на нее, но ничего не сказали. Спустя минуту они последовали примеру друга, встали из-за стола и пошли за ним.
Вирджиния вернулась на диван, продолжила слушать музыку, созданную Малкомом, и смотрела, что делают ребята, не понимая, что к чему, но ей это было неважно, главное, она видела, как они рады. Себастьян был полон счастья от того, что он снова со своими друзьями и занимается любимым делом. Девушка заметила, как он резко изменился. Всегда спокойный и расслабленный, сейчас он был напряжен и взбудоражен, плавные движения сменились резкими, и если раньше девушке казалось, что его улыбка полна жизни, то теперь она была самой его жизнью – настолько ярче и эмоциональнее она была, чем Вирджиния когда-либо могла видеть. На душе было так приятно от того, что Себастьян снова мог делать то, что ему так нравится.
Было почти десять вечера, когда репетиция подошла к концу. Кейт снова принялась лечить Себастьяна, но на этот раз лечение было недолгим. Быстро все убрав, помыв кружки и собрав мусор, все четверо поднялись наверх и пошли по дороге. На первом же перекрестке они остановились и стали прощаться.
- Что ж, пока, – проговорил Малком Вирджинии. Голос его был особенно дружелюбным, так как по пути девушка еще раз восхитилась его умением создавать музыку.
- Пока, спасибо, что пришла сегодня, и за поддержку спасибо, – Кейт тоже говорила дружелюбно, но все же сдержаннее, чем ее друг.
- Было бы за что, вы отличные музыканты, – улыбнулась Вирджиния.
- Идите без меня, ребят, я провожу ее, – сказал Себастьян. – До завтра, – друзья кивнули ему, при этом Кейт снова глянула на Вирджинию и слегка закусила губу.
Ребята разошлись. Малком и Кейт направились домой, Себастьян повел Вирджинию на остановку. Они шли, не разговаривая, но стоило им пройти достаточное расстояние, чтобы быть неслышимыми для друзей, Себастьян заговорил.
- Как ты это сделала? – спросил он серьезно.
- Что сделала? – не поняла его девушка.
- Момо. Как ты его задобрила?
- Не понимаю.
- Он не любит людей в принципе. Девушек тем более. А уж девушек, замешанных в исчезновении друга… - Себастьян многозначительно глянул на нее.
- Я не знаю, я ничего не делала… - смутилась Вирджиния.
- «Ты можешь еще пока полистать планшет, может, еще что найдешь…» Серьезно? Он никому его в руки не дает, а тебе он сказал полазить в нем еще? – он пытливо смотрел на нее.
- Я не знаю, правда… - оправдывалась она, снова чувствуя себя не в своей тарелке. – Неужели, это плохо?
- Я не говорил, что это плохо. Это удивительно. Кто-то понравился Малкому в первый день знакомства. Вы говорили?
- Ну, да… Пока тебе Кейт про лечение твое говорила…
- О чем? – перебил он ее.
- Ну, он спросил, что я послушала, что понравилось… Я сказала, что мне понравилось все. Он хорошо делает миксы, или как там правильно… Он душу вкладывает в это, чувствуется…
- Что?! – Себастьян резко затормозил, повернул девушке к себе и склонился прямо к ее лицу. – Как ты сказала?! – воскликнул он.
- А… - Вирджиния испугалась от такой резкости. Сглотнула, во все глаза глядя на ошалелого парня. – Я… Я только сказала, что он вкладывает душу… Что не так? – пролепетала она.
- Не так?! Боже, да ты купила его этой фразой! – он улыбнулся, а затем рассмеялся. Выпрямившись, он пошел дальше, не дожидаясь ее, продолжая смеяться.
- Я все еще не понимаю, – Вирджиния последовала за ним.
- Все очень просто – Малком бездушный, – хмыкнул Себастьян. – Все это знают. Он это знает. Мы это знаем. Его родители. Все. А ты пришла и говоришь, что он «душу вложил» в музыку. Ты просто нагло его купила, – и снова засмеялся.
- Не может человек быть бездушным!
- Малком может, – парень перестал смеяться, только хихикал. – Он физик чистой воды. Цифры – его все. Чувства ему чужды. Никаких сентиментальностей он не принимает. Людей не любит. Знакомства заводит редко. Единственное, в чем он проявляет эмоции – музыка.
- Но тогда возле школы, когда он шел с Кейт, он не выглядел таким бесчувственным.
- Если ты в списке его друзей – для тебя он найдет немножко эмоций, – пожал плечами Себастьян. – А так – нет. Такой он человек, ничего с этим не сделать. Добиться его благосклонности тяжело, а ты сделала это в первый день, еще и без моей помощи. Я восхищен.
Вирджиния была поражена, она и подумать не могла, что это может быть правдой. Невозможно, чтобы человек ничего не чувствовал. Это казалось странным. Немного подумав, она вспомнила все, что происходило с Малкомом за этот вечер и все же решила, что Себастьян прав, хотя это и казалось ей чем-то ненастоящим.
Они сели в автобус. Около десяти минут никто не проронил ни слова. Только когда девушка смогла принять то, что услышала, она вновь заговорила.
- Так, а чья это песня была? Ну, что вы играли?
- А? – Себастьян вышел из задумчивости и посмотрел на нее. Кивнул, достал плеер и протянул наушник девушке. – На, послушай.
Вирджиния стала вслушиваться в музыку. Женский голос, который она услышала, отдаленно напоминал голос Кейт, но звучал немного слабее и женственней. У Кейт он был грубоват, этот же звучал мелодичнее, зато с музыкой все обстояло наоборот – сыгранное молодыми людьми было куда спокойнее, чем игравшее сейчас в наушнике. Эта музыка была серьезней и нагоняла еще большую тоску и печаль, а резкие переходы давили на девушку, но она все же нашла в себе силы дослушать, а затем рассказать о своих впечатлениях Себастьяну. Тот только кивал и иногда улыбался, слушая ее.
Себастьян доехал с Вирджинией, проводил ее до дома. Они быстро попрощались, после чего счастливый парень ушел, удобней закинув чехол с гитарой на плечо.
Сбитая с толку от вещей, что она сегодня узнала, девушка постаралась как можно скорее уснуть, но сон снова предал ее, как это уже было не раз. Сначала она думала о Кейт, у которой был такой прекрасный голос и талант играть на барабанах. Странно, что ее выгнали из хора. Она думала о Малкоме, и что сказал ей Себастьян. Удивительно, что человек, который столько чувств вкладывает в музыку, может оказаться бесчувственным. Последнее, что не давало уснуть, это образ Себастьяна, совершенно новый, она его не видела таким. Он был живым и бодрым, пылал энергией и силой. Он был совсем другим, не таким, как в школе или в те прогулки по городу. Пускай он оказался грубым и резким – Вирджинии нравился этот Себастьян не меньше, чем тот, которого она уже знала.