- Алло? Привет, – радостно проговорила она.
- Привет, – хмыкнул ей в ответ Себастьян. – Так понимаю, настроение у тебя хорошее.
- Еще бы. Ты как?
- Нормально. Рад тебя слышать. М…
- Тебя что-то беспокоит? Горло стало сильнее болеть? – испуганно спросила девушка, слыша, как изменился его голос. Он был напуган? Чем-то озадачен?
- Да так, глупости всякие в голове.
- Например?
- Весь день думал о том, что вчера тебе сказал.
- Я тоже.
- Хм, я знал… Мне теперь кажется, что я зря это сделал.
- Почему? – не поняла его Вирджиния. Впервые за весь день она перестала чувствовать себя счастливой.
- А вдруг я умру? – серьезно проговорил Себастьян. Закашлял. Вирджинию передернуло.
- Не говори так, пожалуйста, – перепугано произнесла она. Закусила губу.
- Почему? Ведь нужно все варианты рассматривать. Да, это будет просто идеально, если я поправлюсь. А если нет? Мм… Вдруг… Время упущено?
- Перестань. Пожалуйста, не надо так говорить… - теперь она начала плакать, переполненная страхом.
- Ну, вот видишь… Ты уже надеешься на лучшее, а это… Хм, в моем случае нужно быть готовым ко всему.
- Я бы в любом случае надеялась на лучшее. Признайся ты мне или нет, я бы верила в твое выздоровление.
- Но сейчас тебе тяжелее, – произнес Себастьян. – Придумала, как будешь меня встречать?
- Нет… - выдавила из себя девушка, судорожно вздохнув от слез.
- Значит, да. Не скажи я тебе вчера о своих чувствах – ты бы не думала об этом.
- Скажи мне, в чем дело? Зачем ты мне это говоришь? Тебе хуже стало?
- Нет. Просто волнуюсь за тебя. Если я умру – плохо будет не мне. Я ведь уже ничего не буду чувствовать. Я еле смирился с болью родителей и сестры, я кое-как смог принять тот факт, что друзья тоже знают, но ты… Я слишком эгоистично вчера поступил. Прости меня.
- Ты не можешь умереть, Себастьян…
- Назови хоть одну причину, по которой я не могу умереть, – усмехнулся он. Если девушка почти билась в истерике и рыдала, то парень сохранял спокойствие.
- Ты… Ты… Ненавижу тебя, Кук… - пролепетала Вирджиния, вытирая слезы.
- Поверь, я тоже очень хочу жить. Тем более, после вчерашнего разговора. Но… Ведь всякое может произойти.
- Прошу тебя, Себастьян… Я умоляю тебя, борись, пожалуйста…
- Я стараюсь изо всех сил, но обещать ничего не могу. И… Я вспомнил о своем друге с раком желудка. Он ведь знал, что он умрет. Он был готов. Я многое переосмыслил и понял, что я не боюсь умирать. Не боюсь, что со мной будет. Не боюсь, что мою смерть не заметит общественность. И даже не боюсь, что твой отец скажет – «Да, я так и знал, что этот наркоман не выживет. С его-то образом жизни». Боюсь только, что вам будет тяжело пережить это.
- Лучше бы ты не звонил мне вообще сегодня.
- Прости. Поговорим о чем-нибудь другом, или мне положить трубку?
- Давай поговорим.
- Ты мне так и не рассказала о выпускном. Как там было?
- Скучно. Грустно. Уныло. Тебя не хватало очень. Я ушла раньше времени, – негромко проговорила она, все еще думая о его словах – он же не собирается умирать? Зачем он так пугает ее?
- А как же объявление короля и королевы?
- А я тут причем? Да и терпеть весь этот вечер только ради того, чтоб посмотреть на короля и королеву… Да ну…
- А как же твоя подруга? Ее не было?
- Она была со своим молодым человеком.
- О, у нее он есть? – с интересом спросил Себастьян. Слегка закашлял.
- Представь себе, – хмыкнула Вирджиния, решив, что интерес парня – хороший знак. – Он учится на втором курсе в университете. Так что я была почти что одна.
- Почти что?
- Адам ни на шаг не отходил от меня, – проговорив это, девушка замолчала в ожидании реакции Себастьяна. Тот молчал. Были только слышны его хриплые вздохи. – Мм… Потом он быстро ушел.
- Чего это? Ты его напугала?
- Он сам себя напугал. Мне вообще показалось, что он пьян. Обхаживал меня, все говорил, какая я красивая, под конец в любви мне признался, – Вирджиния снова замолчала в надежде на реакцию парня.
- Мм… Два признания за вечер… Я говорил, что ты популярна у парней, – проговорил он с какой-то холодностью.
- Тебя это не злит?
- Нет. Я предполагал, что этот идиот выкинет что-нибудь подобное. А ведь я ему говорил, что выпускной – не самое лучшее место. Мм… Хотя о чем я… Я б его придушил, будь я там, – подумав, проговорил он. Вирджиния хихикнула. – Серьезно. Нечего ему к тебе лезть, – девушка рассмеялась. – Что такое?
- Я думала, что ты на меня даже не смотришь, что ты одиночка. Циничный и злой одиночка, который издевается над чувствами других людей.
- Когда это я издевался? – возмутился Себастьян. – Если ты про тот случай, когда ты мне про своего кретина рассказывала – так там чувствами и не пахло, так что это не считается.
- Нет, я о другом. Когда ты про Адама мне говорил по телефону.
- А что я говорил?
- Дай-ка вспомню… - девушка задумалась, а затем, откашлявшись, попыталась изобразить голос Себастьяна. – «Не личный опыт. Просто все люди одинаковые и предсказуемые».
- Прекрати меня пародировать, а? – парень подобрел, хмыкнул. – А что мне, правду надо было сказать?
- Почему нет? – хохотнула девушка.
- Правда, что, чего это я. А вообще, люди одинаковые и предсказуемые.
- И я ничем от них не отличаюсь.
- Я же извинился тогда. И вообще, я другое имел в виду.
- Да-да-да, – хмыкнула Вирджиния, слушая, как парень оправдывается.
- Ой, не буду я тебе ничего объяснять, – фыркнул Себастьян. Затем, он внезапно стал серьезным. – Слушай… Ты знаешь какие-нибудь произведения о смертельно больных людях?
- Ты опять начинаешь? – недовольно спросила Вирджиния.
- Мне интересно, как себе это представляют деятели искусства.
- Зачем тебе это?
- У меня такое чувство, что я нахожусь в каком-то романе. Как будто все идет по какому-то сюжетному канону. Только конец неизвестен.
- Так в чем дело? Ты, что… Ни разу не смотрел подобные фильмы? Книжки не читал?
- Нет. Мне и в жизни хватало боли, чтобы еще и в книгах о ней читать, а сейчас думаю зря. Так хоть бы знал, как себя вести и как не вести.
- Даже предположений нет?
- Нет. Я только знаю несколько произведений. Но ни разу не читал и не смотрел их. Именно из-за того, что не хотел чувствовать все это в двойном размере.
- Например? Что ты знаешь?
- Недавний мейнстрим – Виноваты звезды. Кит. Классика – Три товарища, Спеши любить. P.S.: Я люблю тебя. Хотя насчет последнего я не совсем уверен, но, да ладно, там тоже вроде грустно было. Мм… Хорошие дети не плачут. Пока не сыграл в ящик. Ангел для сестры. Еще Хемингуэй, которого так Кейт любит. Прощай, оружие, кажется. Но я тоже не уверен, что это прямо тот случай. Скорее просто дело в нелегкой жизни героя и в смерти его жены. О, жизнь взаймы. Хм, много я знаю, оказывается… А ничего этого не читал и не смотрел. Принципиально. А сейчас уже… Бессмысленно, наверно.
- Не пугай меня, пожалуйста. Ты так говоришь, будто умирать собрался.
- Прости.
- Если ты так хочешь – мы посмотрим что-нибудь из этого списка. Или вместе прочтем. Когда ты вернешься, у нас будет много времени.
- Хорошо, – прошептал парень без каких-либо эмоций.
- Ты совсем поник. Мне это не нравится. С тобой точно все хорошо? – девушка опять забеспокоилась.
- Да. Просто… Хм, от лучевой терапии не особо приятно, знаешь.
- Ой, прости… я не подумала как-то…
- Все в порядке. Ты волнуешься, это понятно.
- Тогда, может, попрощаемся? Зачем тебе мучить себя? Я совсем не подумала о тебе, эгоистка… - виновато протянула Вирджиния.
- Я все равно был рад поговорить с тобой.
- Тогда до завтра?
- До завтра. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, – только успела сказать Вирджиния, как Себастьян положил трубку.
Стало не по себе. Было слышно, что парень подавлен. Говорил такие странные и ужасные вещи. Может, дело в терапии? Она много сил забирает ведь. Вот и приходят ему в голову такие мысли. Нет, он в порядке. Он лечится, ему будет лучше.