В животе неприятно заурчало. Она вспомнила, что последний раз ела сегодня утром – горсть миндаля и эспрессо. Рабочий инструмент нужно заправлять. Она достала телефон, привычным движением нашла в контактах «Сакура» и набрала привычный заказ: «Роллы «Филадельфия», суп мисо, салат с чукой. На одного». Пауза. «И имбирный чай». Всегда одно и то же. Контроль даже в мелочах. Эксперименты с меню были для клиентов.
Пока ждала еду, она сняла платье, смахнула с лица стойкий макияж. В зеркале отразилось бледное лицо с четкими, почти острыми скулами, большими серыми глазами, в которых читалась усталость, и строгим ртом. Ей было тридцать четыре, и время только начинало намечать едва заметные тени у глаз. Она внимательно изучила свое отражение, как изучала площадку перед свадьбой. Все в порядке. Инструмент в надлежащем состоянии.
Курьер привез заказ быстрее, чем обычно. Она расстелила на идеально чистом столе бархатисто-черную льняную салфетку, расставила контейнеры. Ела медленно, смакуя каждый кусочек, глядя в окно. Чувство глубокого, холодного удовлетворения наполняло ее изнутри. Она сделала это. Снова. Ее компания, «Безупречный Миг», была нарасхват. Ее имя открывало двери в самые закрытые клубы и особняки. Она контролировала все: бюджет, людей, погоду (благодаря арендованным павильонам и тепловым пушкам), эмоции. Она была архитектором праздника, инженером счастья.
И все же. Среди этого удовлетворения, плотного и тяжелого, как хороший шелк, шевелилось что-то еще. Легкая, почти неосязаемая тоска. Не грусть даже, а скорее тихий вопрос, возникавший в такие редкие момоды тишины. А что дальше? Следующая свадьба. Следующий корпоратив. Следующая папка. Бесконечная череда чужих праздников, в которых она всегда была лишь режиссером, вечно стоящим за кулисами. Эта мысль была тонкой трещинкой на идеально отполированной поверхности ее жизни. Она не позволяла ей углубляться. Достаточно было сделать глоток горячего имбирного чая, и трещинка снова исчезала.
Она как раз убрала контейнеры, протерела стол, когда зазвонил телефон. Не личный, а рабочий – отдельная модель с титановым корпусом. На экране горело имя: «БОСС».
Анна нахмурилась. Сергей Петрович не звонил в десять вечера просто так. Особенно после сданного проекта. Она приняла вызов, прижав аппарат к уху.
–Сергей Петрович.
–Анна, ты дома? – Голос был ровным, но в его глубине слышалось привычное для него напряжение стальной пружины.
–Только что вернулась. Свадьба сдана, без сюрпризов. Все довольны.
–Отлично. Отдыхай. Три часа.
Она почувствовала,как по спине пробежал холодок.
–В смысле?
–В прямом. Срочный VIP-заказ. Внеплановый. Отказаться нельзя. – Он сделал паузу, давая словам осесть. – Новогодний корпоратив. Не просто корпоратив. «Сигма-Холдинг». Сам Леонид Игоревич.
Анна замерла. «Сигма-Холдинг» – это была не просто крупная компания. Это была империя, чьи интересы простирались от добычи алмазов до медиахолдингов. Леонид Игоревич Савин – фигура уровня городской легенды, человек, чьего взгляда боялись министры.
–Новогодний? Сергей, до Нового года неделя. У них что, все ивент-агентства сгорели?
–Видимо, да. Но суть не в этом. Суть в локации. Усадьба «Горлицы».
Теперь Анна села на стул. Усадьба «Горлицы». Заброшенная, полуразрушенная дворянская усадьба XIX века в трехстах километрах от города, в глуши, окруженная старым парком и слухами. Слухами о странностях, исчезновениях, о том, что место это… нехорошее. Его десятилетиями пытались восстановить, но у всех инвесторов как-то не складывалось. Пока, видимо, не дошел черед до «Сигмы-Холдинг».
–Они купили ее?
–Выкупили, отреставрировали за рекордные сроки. Хотят устроить презентацию обновленной усадьбы и новогодний праздник для топ-менеджеров и ключевых партнеров в одном флаконе. Фактически, открытие века. И доверили это нам. Вернее, тебе.
–Какие сроки?
–Мероприятие 31 декабря. Но выезд на место – немедленно. Завтра утром. Ты возглавляешь группу. Нужно провести рекогносцировку, оценить объемы, наладить контакты с местными подрядчиками, которых, скорее всего, нет, и разработать концепт «под ключ». У тебя есть неделя на презентацию базового плана Савину лично.
–Завтра утром? – повторила Анна, и ее голос прозвучал чуть более резко, чем она планировала. – Сергей, у меня нет даже чемодана. Я три месяца жила на этой свадьбе.